Если внимательно изучить род Глинских, к которому относилась Елена Глинская, мать Ивана IV, возникает много вопросов. Первейший из них – действительно ли царь всея Руси являлся потомком двух врагов, сошедшихся на Куликовом поле?
Согласно семейному преданию, княжеский род Глинских, ныне угасший, имел ордынское происхождение и вёл свою историю от Мамая. Мамай породил Мансура, Мансур – Алексу, который перешёл на службу к великому князю литовскому Витовту, крестился и принял имя Александр. От Александра ветви генеалогического древа протянулись к Ивану, от него к Борису, далее к Василию Львовичу и наконец к Елене Глинской. То есть, получается, Иван Грозный – потомок в восьмом поколении темника Золотой Орды. И в то же самое время, утверждают летописи, царь по мужской линии являлся потомком московского князя Дмитрия Донского – но уже в пятом поколении.
Тем не менее, если дела действительно обстоят таким образом, разве не символично, что именно при Иване Грозном Россия присоединила к себе и осколки Золотой Орды, и земли бывшей Монгольской империи? А сам государь всея Руси стал также титуловаться царём Астраханским, царём Казанским, всея Сибирские земли повелителем, приняв под свою корону земли, когда-то завоё-ванные Чингисханом и его потомками.
Темник и сын его
Однако вернёмся к истории Глинских и поговорим о них более подробно. А начнём с того, как этот род получил основания причислить себя к потомкам Мамая. В одной из частных родословных описывается, как «после Донскаго побоища Мамаев сын Мансуркиян» основал «три городы: Глинеск, Полдову (Полтаву), Глеченицу». А потом его дети разделились: «меньшой сын Скидырь поймал стадо коней и верблюдов и покочевал в Перекопы», то есть в Крым, «а большой сын его Алекса», будущий Александр, «остался на тех градех преждереченных». Потом было крещение и наделение титулом – Глинскими князья стали по имени своего удела. Однако где именно находился Глинеск, он же Глинск? Историки дают две версии: это либо современное село Глинск в Сумской области на Суле, либо село Глинское на Полтавщине.
Так, согласно летописям, у Глинских начинается период служения Великому княжеству Литовскому. Впрочем, стоит признать, что об основателе рода Алексе (Александре) и сыне его Иване документов, достоверно подтверждавших их деяния, не осталось. Зато в актах упоминается один из отпрысков Ивана – Борис. Известно, что в 1437 году он присягнул на верность польскому королю Владиславу III, также служил при дворе великих князей литовских Свидригайло и Сигизмунда, позже перешёл к Казимиру Ягеллончику.
У Бориса было пятеро сыновей, три из которых оставили о себе память в истории. Это, в частности, Лев Борисович, породивший Ивана, Михаила и Василия. Последний появился на свет в 1465 году, именно он-то и стал отцом той самой Елены. Случилось это примерно в 1508 году, точная дата неизвестна.
Версия Герберштейна
Теперь обратимся к родственникам Ивана Грозного по отцу. Итак, в 1370 году у князя Московского и великого князя Владимирского Дмитрия Ивановича, тогда ещё не ставшего Донским, появляется на свет сын, будущий князь Василий I. У него было восемь детей: часть умерли во младенчестве, первая дочь Анна стала супругой Иоанна VIII Палеолога, а младший сын – князем Московским Василием II Тёмным. Василий II породил «собирателя земли русской» Ивана III, который, в свою очередь, в браке с Софьей Палеолог породил Василия III – мужа Елены Глинской и отца Ивана Грозного.
Слово «кодирование» прочно вошло в обиход, но мало кто понимает, что за ним стоит на самом деле. Одни считают его чудодейственным методом, другие – шарлатанством.
Но так получается, что московский престол между Дмитрием Донским и Иваном Грозным занимали семь человек. Помимо названных князей это были третий сын Дмитрия Ивановича Юрий Дмитриевич, он же Юрий Звенигородский, и двое его отпрысков – Василий Косой и Дмитрий Шемяка. Не исключено, что были и другие, но их быстро свергли, и в летописях имён не осталось. И в этой череде князей кроется как минимум одна коллизия.
Здесь можно обратиться к «Запискам о московитских делах» посла австрийского императора Сигизмунда Герберштейна. Он пишет о том, что сын Ивана III Василий не имел права на престол, так как коронован был внук князя Дмитрий – его отец погиб ещё при жизни Ивана III. Более того, Василий этот Василием на самом деле не был: при рождении его нарекли Гавриилом, а своё вошедшее в историю имя он принял, захватив престол после смерти Ивана III и долгих дворцовых интриг двух противостоящих партий. Дмитрий же был закован в «железа» и умер в темнице.
Верна ли версия Герберштейна, сказать сложно. Факт то, что Василий III был поздним ребёнком Ивана III, аналогично и с самим Иваном Грозным – тот родился, когда отец был уже в преклонных годах, которым предшествовал долгий, почти двадцатилетний бесплодный брак с Соломонией Сабуровой. Так что не сложись всё так драматично для потомков Дмитрия Донского, поколений могло бы быть не пять, а больше.
Возможно, Ольговичи?
В общем, путаницы в поколениях – где их восемь, а где пять – определённо нет. Другой вопрос, что большинство историков всё равно считают легенду Глинских, как сейчас принято говорить, фейком. И пусть многие в этом роду носили прозвище Мамай, но ведь это может говорить не о его корнях, а о попытке Глинских придать своей генеалогии то ли значимости, то ли загадочности. Не так ли?
В Государеве родословце – книге 1555 года о значимых русских княжеских и боярских фамилиях, которую вполне можно считать официальным источником, – упоминание о том, что в предках у Ивана Грозного числится татарский темник, отсутствует. С другой стороны, а зачем царю была нужна фиксация того факта, что Мамай, враг земли Русской, являлся его родственником? И в связи с данным соображением не мог ли Родословец быть немного изменён в интересах самодержца?
Но ведь нет официальных упоминаний и о татарских корнях Глинских. Так, Бархатная книга, составленная в 1687 году родословная всех наиболее знатных боярских и дворянских родов Руси, – в основу которой лёг в том числе и Государев родословец, – информация о связи Мамая с княжеским родом напрочь отсутствует. Потому, очевидно, и популярна версия историка Андрея Кузьмина, считавшего предков матери Ивана Грозного потомками Ольговичей, ветви династии Рюриковичей.
Ольговичи правили в Черниговском, Новгород-Северском княжествах, на некоторое время занимали киевский, переяславский престолы. Потом на их земли пришла Литва. Выходит, всё же есть определённые пересечения мифической и реальной историй Глинских? Так, может, и Мамай смог оставить свой след в родословных одного из величайших русских правителей?
Кстати
Елена Глинская для своего времена была фигурой совершенно удивительной. После смерти мужа, Василия III, который был в неё безумно влюблён – красивая, умная, владела польским, немецким и латынью, – она фактически подчинила всю власть себе, будучи регентшей при малолетнем великом князе Иване.
Елена Глинская активно укрепляла Москву и границы государства, провела первую денежную реформу на Руси, введя единую валюту. А ещё она успешно занималась дипломатией: заключила перемирия с Великим княжеством Литовским и Швецией, добилась выгодного договора с Польшей, которым завершила Стародубскую войну.
Скончалась Елена Глинская неожиданно, в тридцатилетнем возрасте. Предполагали отравление ртутью, но историки до сих пор сомневаются, было ли оно на самом деле.
