// // «Сначала мы возьмём Манхэттен. А потом Берлин»

«Сначала мы возьмём Манхэттен. А потом Берлин»

3606

Цвет настроения жёлто-синий

«Сначала мы возьмём Манхэттен. А потом Берлин» фото: Вячеслав Прокофьев/ТАСС
В разделе

У песни First We Take Manhаtten канадского певца Леонарда Коэна, которую Александр Скляр («Ва-банкъ») однажды включил в свой репертуар, сначала был политически нейтральный перевод. Почти подстрочник: «я не люблю твой модный бизнес, мистер» и так далее. Однако потом слова изменили: вспомнили Сталина, добавили «спасибо за эмбарго и за Крым», после чего фраза «возьмём Манхэттен» приобрела несколько иной смысл.

Зачем изменили? А чтобы всем стало понятней: «Ва-банкъ», как и очень многие в России, теперь не любит не только мистеров, но и хлопцев из соседней страны.

То, что песню с недобрым прищуром поёт Скляр, вполне логично: он не раз выступал в Крыму. А что же другие «пявцы»? События в Киеве пятилетней давности, возвращение Крыма и вой­на в Донбассе разделили рокеров и поп-исполнителей на два лагеря. Поскольку музыканты тоже люди (то есть не политики, не аналитики, да и с интеллектом иногда проблемы), то поначалу и им было сложно разобраться, что происходит. Вначале, когда студенты жгли покрышки на площади, протестуя против вороватых президента и политиков Украины, ими многие восхищались: ведь за свободу борются, против воров и жуликов, а власти с ними ничего поделать не могут, потому что за этими детьми – правда! В те дни в Киев специально ездил Дмитрий Ревякин («Калинов мост») – посмотреть, послушать, пообщаться с людьми. И не только он – многие выражали солидарность «народному бунту»: как-то на концерте в Грузии Земфира вышла на сцену с флагом Украины, потом даже записала песню на украинском языке. Правда, спустя пару лет на концерте в Литве она попросила зрителей убрать этот же флаг подальше.

Два лагеря

Почему? Потому что, когда начальный восторг прошёл, люди здравомыслящие стали задаваться вопросами. К примеру: а кто всё это организовал? Неужели первокурсники купили себе палатки, походные кухни, продукты, воду, туалеты, да те же пресловутые покрышки, которые потом поджигали? Сами купили, привезли, поставили? Ведь все знают, что собрать вместе, да ещё и накормить с десяток человек – это, в общем-то, и затратно, и хлопотно, а тут – несколько тысяч ртов изо дня в день. Выходит, весь этот как бы спонтанный, как бы народный, как бы бунт на самом деле был кем-то по-армейски чётко спланирован и организован. Кем? Тому, кто внимательно слушал, о чём «гутарили» с трибун и к чему призывали, кто знал, как из года в год становилось сложнее жить и работать на российской военно-морской базе в Севастополе, какими истеричными и наглыми раз за разом становились украинские «братья», тому настоящая цель «студенческого бунта» была очевидна. Взрослые дяди с американскими (и не только) паспортами пеклись не о безвизе для киевских студентов, им нужно совсем другое. А именно: военные базы на границе с нашей страной, изгнание российских кораб­лей из Севастополя, да чего там – из Чёрного моря. Чтобы потом взяться за Белоруссию, Армению, за Ростовскую область, Ставрополь, Кавказ. И это быстро поняли многие, которые спустя непродолжительное время радостно встречали своих, в общем-то, спасителей – тех самых пресловутых «вежливых людей» в Крыму. Хоть это поняли многие, но не все...

Когда на глазах у оторопевших «мистеров» и «хлопцев» Крым вернулся на историческую родину, журналисты первым делом бросились за оценками к «рок-совести» нации – Гребенщикову, Шевчуку, Макаревичу. Однако первый, в своей обычной манере, отвечал уклончиво. Но концерты в Киеве продолжал играть и даже пел для Саакашвили (который в своё время, будучи президентом Грузии, отдал приказ стрелять в российских солдат). Ещё он говорил, что надо уважать международное право (прямо-таки по-детски наивный взгляд на мир, где оппонент – США – это самое право не раз нарушал, нарушает и будет нарушать). Одним словом – музыкант... Шевчук (выступать с концертом в Крыму не стал), насмотревшийся на войну в Югославии и Чечне, призывал к мирному решению всех спорных вопросов. А Макаревич требовал вернуть Украине «захваченные» территории...

По теме

И если уж рокеры так отреагировали на Крым, то что взять с попсы? Разумеется, что от концертов на полуострове отказались Киркоров и Басков, Меладзе и Лазарев. Ведь иначе их потом не пустили бы на Украину, а гонорары терять жалко...

Украинские газеты тем временем активно цитировали слова Лазарева о том, что «Крым навсегда останется частью Украины». Не решился ехать выступать Фёдор Чистяков («Ноль»), чтобы не обидеть «друзей в Крыму и друзей в Киеве». Группа «Звери» отменила шоу «из-за плохой аппаратуры», позже певец сказал, что не будет играть в «оккупированном Крыму», после чего поехал с концертом в Киев. Примерно в это же время на одной латвийской радиостанции, перебивая друг друга, рассказывали о засилии сумасшедших в «нецивилизованном» русском народе актёр Леонид Ярмольник и Николай Фоменко (экс-«Секрет»).

На Украине таких артистов сразу же записали в «друзья», одновременно начав составлять списки «недрузей». Поначалу фамилий было не много: Кобзон, Юрий Лоза, Николай Расторгуев, Скутер (на бедного немца украинцы даже завели уголовное дело), серб Эмир Кустурица, американец Джо Линн Тернер (экс-«Рэйнбоу»)... Но поскольку к тому времени Киеву отказались подчиняться Луганск и Донецк, то список увеличивался (как за концерты «не там», так и за критику украинских властей). Шнуров («Ленинград»), Чиграков («Чиж и Ко»), Валерия, Баста, «Ария», Смэш, Газманов, Скляр («Ва-Банкъ»), Юлия Чичерина, «Чёрный Кофе», «Ногу Свело», Владимир Кузьмин, Арбенина, Нюша, «Рондо», «Князь», «Серьга», Сукачёв, Шахрин, Бутусов... Видя такое дело, Киркоров с Лазаревым «передумали» и тоже съездили в Крым. Однако не обошлось без потерь: Макаревич уволил своего клавишника Андрея Державина из-за его позиции по Украине, из-за разногласий по тому же поводу ушёл из группы «Воскресенье» Андрей Сапунов, братья Самойловы (экс-«Агата Кристи») придерживаются противоположных взглядов.

«Товарищ не понимает», или Деньги не пахнут

Такие страсти кипели вокруг этой темы всего пару лет назад, а что сейчас? Что происходит после запрета на Украине русского языка? Да ничего особенного: в Киеве периодически выступают российские артисты и группы. Конечно, не те непатриоты, а кто сидит тихо и не говорит много (или говорит то, что нужно). Например, в ближайшее время в Киеве будут: певица Елена Темникова, группы «Северный Флот», «Тараканы», «Оргия Праведников», Александр Малинин, «Сансара», Гречка, «Звери», «Мельница»... Ну и, конечно, (и не один раз) Андрей Макаревич.

Макаревича знают и спрашивают (да он и сам любит поговорить на тему Украины). Например, про Крым (и не только): «Была банальная оккупация чужой территории. Воссоединение – это добровольный акт, а в Крыму было насилие над Украиной. Зверское, лицемерное насилие над страной, которая пытается вырваться из лап русской цивилизации. Да и цивилизация ли это? Тоже вопрос. По мне – нет. Это просто территория, много веков диктующая своим соседям, как надо жить. А соседи не хотят жить, как мы. Ну не хотят, и всё тут. Они хотят жить, как Бельгия, Франция и Швеция»...

Что ж, немудрено, что на «нецивилизованной территории» теперь у него не много концертов. Почему он так делает? Кто-то, как певица Юлия Чичерина, полагает, что: «Старый он и глупый. Жалко его». Другие считают: Макаревича гнетёт, что пик популярности давно пройден и даже запись в студии на «Эбби-Роуд» в Лондоне не принесла «Машине времени» никакого успеха. Хотя ещё десять лет назад бывший клавишник группы Пётр Подгородецкий в своей книге «Машина» с евреями» потешался над музыкальными талантами «машинистов» и предрекал им бесславный конец.

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 12.11.2018 07:59
Комментарии 0
Общероссийская газета независимых журналистских расследований «Наша версия» Газета «Наша версия» основана Артёмом Боровиком в 1998 году как газета расследований. Официальный сайт «Нашей версии» публикует материалы штатных и внештатных журналистов газеты и пристально следит за событиями и новостями, происходящими в России, Украине, странах СНГ, Америке и других государств, с которыми пересекается внешняя политика РФ.
Наверх