// // Россия по-прежнему самая опасная для автомобилистов страна в мире

Россия по-прежнему самая опасная для автомобилистов страна в мире

545

В последний путь

2
В разделе

Каждый год в России происходит 200 тыс. дорожно-транспортных происшествий, в которых погибают 30–35 тыс. человек. Это население небольшого города. Ещё около 300 тыс. человек получают травмы. После трагических событий конца июля, когда за четыре дня несколько крупных автокатастроф унесли жизни 42 россиян, за эту проблему лично взялся президент Дмитрий Медведев. «Мы не можем хоронить такое количество людей из-за того, что у нас так организован процесс дорожного движения», – сказал глава государства. В августе он даже собрал совещание по вопросам БДД, на котором констатировал: «Наши дороги были и остаются очень опасными для наших граждан». А затем Дмитрий Анатольевич разнёс всех в пух и прах.

Каждый год в России происходит 200 тыс. дорожно-транспортных происшествий, в которых погибают 30–35 тыс. человек. Это население небольшого города. Ещё около 300 тыс. человек получают травмы. После трагических событий конца июля, когда за четыре дня несколько крупных автокатастроф унесли жизни 42 россиян, за эту проблему лично взялся президент Дмитрий Медведев. «Мы не можем хоронить такое количество людей из-за того, что у нас так организован процесс дорожного движения», – сказал глава государства. В августе он даже собрал совещание по вопросам БДД, на котором констатировал: «Наши дороги были и остаются очень опасными для наших граждан». А затем Дмитрий Анатольевич разнёс всех в пух и прах. Досталось и автошколам, и гаишникам, и медикам, и дорожникам. Президент поручил участникам совещания – министрам, полпредам, генпрокурору – «представить в короткие сроки конкретные предложения» по улучшению ситуации. При этом особое внимание, по его мнению, необходимо уделить организации экстренной помощи пострадавшим в ДТП.

Тезис о том, что дороги – главная наша беда, подтверждает и первая строчка России в списке самых опасных для автомобилистов стран, опубликованном журналом Forbes. При его составлении использовались данные о смертности в ДТП в расчёте на миллион жителей и на миллион машин, собранные Организацией экономического сотрудничества и развития в 30 государствах-членах. На основе этих двух коэффициентов эксперты Forbes вывели индекс, характеризующий безопасность дорожного движения. Впрочем, чтобы понять, что хуже всего дела обстоят именно в нашем Отечестве, специальный индекс не требуется. Мы с огромным отрывом лидируем в обеих категориях: на каждый миллион жителей у нас приходится 235 дорожных смертей в год, а на каждый миллион авто – 936. Для сравнения: в Словакии, которая находится на втором месте антирейтинга, количество погибших по обоим показателям вдвое меньше – 122 и 426. Замыкает тройку Польша (147 и 310).

Вообще, российская статистика смертности в ДТП почти в четыре раза превышает средние европейские показатели. В частности, во Франции, где население втрое меньше нашего, гибнет в семь раз меньше народу. Даже с поправкой на качество отечественных дорог разница со старушкой Европой поражает воображение. Или взять, к примеру, США: там жертв автокатастроф немного больше, чем у нас, – до 41 тыс. в год. Но это при том, что тамошнее население в два раза больше, да и уровень автомобилизации гораздо выше.

: «Дон» (Москва – Новороссийск), «Украина» (Москва – Киев), «Урал» (Москва – Челябинск), «Каспий» (Москва – Астрахань), «Волга» (Москва – Уфа), «Холмогоры» (Москва – Архангельск) и «Байкал».

По теме

При этом на каждую сотню пострадавших у нас приходится 10 смертельных случаев, тогда как, например, в Австрии и Германии этот показатель в пять раз меньше. Такие данные привёл замглавы департамента обеспечения безопасности дорожного движения (ДОБДД) МВД РФ Павел Бугаев на недавнем межведомственном совещании по вопросам ликвидации последствий ДТП. По словам чиновника, количество погибших «напрямую зависит от того, насколько оперативно и грамотно оказана пострадавшим первая медицинская помощь». И с этим трудно не согласиться. У работников экстренных служб есть даже специальный термин – «золотой час»: подсчитано, что при отсутствии помощи в первые 60 минут количество летальных исходов возрастает на 30%. Если помощь запаздывает на три часа, эта цифра увеличивается до 60%, если на шесть часов – до 90%.

Так вот, в России своевременную и полноценную медпомощь при автомобильных авариях получают всего 15% пострадавших. Неудивительно, что почти 60% общего числа погибших в ДТП умирают ещё до поступления в лечебное учреждение. В основном из-за позднего прибытия бригад «Скорой помощи». Некоторые регионы пытаются внедрить пункты медицины катастроф на междугородних трассах, но эта работа пока остаётся лишь каплей в море, а люди продолжают гибнуть из-за того, то медики не могут разобраться, кому выезжать на ту или иную загородную аварию. Что касается сроков эвакуации раненых, то в течение 10 минут после происшествия в клиники доставляются до 2% пострадавших, 20 минут – до 10%, 30 минут – до 22%. Получается, что в первые полчаса, когда медицинская помощь наиболее эффективна (то есть обеспечивает самый высокий процент выживаемости), в больницах оказывается не более 35% пострадавших. Теперь немного о «полноценности». Только четверть отделений и станций «Скорой помощи» медучреждений, закреплённых за федеральными трассами, укомплектована врачами на 50%, в остальных работают фельдшера, которые к тому же не проходили спецподготовки по оказанию помощи пострадавшим в ДТП. Очевидно, поэтому качество работы фельдшерских бригад, мягко говоря, оставляет желать лучшего. Так, около 70% травмированных поступают в клиники без диагноза, ещё в 6–9% случаев он оказывается неполным. Чаще всего не диагностируется внутреннее кровотечение, большие затруднения у эскулапов вызывает также оценка тяжести состояния пациента. Ненамного качественнее и помощь, оказываемая на стационарном этапе (в большинстве случаев это связано с нехваткой оборудования и квалифицированных специалистов), самым слабым звеном здесь является приёмное отделение. А вот если бы помощь поспевала вовремя и была адекватна тяжести повреждений, говорят эксперты, то от 50 до 70% погибших на дорогах можно было бы спасти.

Итогом многочисленных проверок и совещаний по вопросам безопасности дорожного движения, состоявшихся в августе, стал целый список указаний президента Дмитрия Медведева. Постучав кулаком по столу после громких ДТП с большим количеством жертв, глава государства не забросил проблему смертности на дорогах, а озадачил подчинённых конкретными поручениями. Чиновники засучили рукава. До 1 ноября правительство должно подготовить очередную порцию поправок в КоАП, ужесточающих административное наказание за нарушения ПДД. Чего именно коснутся изменения, пока неизвестно.

Более отчётливые очертания имеют распоряжения президента в части оказания помощи пострадавшим. На законодательном уровне будет уточнено понятие первой медицинской помощи и определён круг лиц, обязанных её оказывать. Министерство здравоохранения и социального развития уже внесло в Госдуму соответствующий законопроект. Согласно документу помогать раненым должны будут сотрудники органов внутренних дел, военнослужащие, пожарные и спасатели, а также простые автолюбители. При этом если отказ в помощи ближнему со стороны рядового гражданина будет оставаться на его совести, то силовиков, проехавших мимо места ДТП и оставшихся безучастными, станут наказывать.

Мера наказания за равнодушие, правда, ещё не определена, её установят после того, как депутаты примут предложенные поправки. Тогда же выйдет в свет и ряд приказов, в которых будут прописаны мероприятия, относящиеся к первой помощи, и утверждена примерная программа обучения. Как пояснили в Минздравсоцразвития, предварительный перечень включает в себя минимальный набор манипуляций, необходимых для поддержания жизнедеятельности человека до приезда «скорой». Так что риск оказания некачественной помощи будет микроскопическим. Предполагается, что навыкам спасения жизни в первые минуты после происшествия будут учить на курсах вождения в автошколе (более того, идёт речь о том, чтобы в программу экзаменов на получение водительского удостоверения наряду с этапами «теория», «автодром» и «город» включить ещё одну практическую часть – по оказанию доврачебной помощи). От милиционеров и спасателей медицинское образование тоже не потребуется, им будет достаточно пройти специальную подготовку.

По теме

По мысли чиновников, закрепление подобных обязанностей за конкретными людьми, в том числе работниками Госавтоинспекции (к слову сказать, мы единственная развитая страна, где полиция не оказывает первой помощи), должно снизить смертность на дорогах. С этим в целом согласны и некоторые эксперты. «Почти половину людей, погибших в ДТП, можно было бы спасти, если бы им оказали самую первую медицинскую помощь, – говорит председатель Движения автомобилистов России Виктор Похмелкин. – То, что сейчас предлагается, правильно, исходя из того, что сотрудники ГИБДД в массе своей не владеют искусством оказания первой помощи. И вменить им это в обязанность нужно. Однако проблема ещё и в другом: гаишники должны вовремя оказываться на месте происшествия. А то часто бывает так, что рядом стоит постовой – произошло ДТП, а он даже ухом не ведёт! Потому что у него другие задачи: он отлавливает нарушителей. А приезжают на место ДТП совсем другие люди».

А вот президент Коллегии правовой защиты автовладельцев Виктор Травин к идее привлечения стражей дорожного порядка к спасению человеческих жизней относится скептически. «Не думаю, что от этого будет хоть какая-то польза, – поделился он с «Нашей Версией». – Эти люди шли на службу в милицию не для того, чтобы кому-то помогать, а для того, чтобы зарабатывать деньги. А оказание помощи пострадавшим – занятие неприбыльное. Более того, мне кажется, что это люди плохообучаемые. Никогда наш милиционер не станет американским полицейским, который может даже роды принять. Это совершенного разные люди, у них в жилах течёт разная кровь и по-разному устроен мозг. Боюсь, как бы не стало только хуже. Даже у врача есть заповедь: не навреди. Кто знает, не получится ли так, что сотрудник милиции, как в том старом анекдоте, наложил жгут на шею, потому что из носа пошла кровь».

Кроме того, правительству предстоит установить временные нормативы прибытия спасателей и «скорой помощи» на место ДТП. Автор этой идеи – министр по чрезвычайным ситуациям Сергей Шойгу. Он напомнил, что подобный регламент действует для пожарных служб, которые обязаны приезжать на место происшествия за 10 минут в городах и за 20 минут в сельской местности. Для того чтобы сократить время реагирования медиков и спасателей, глава МЧС предлагает также создать вертолётные площадки с дежурным персоналом и вертолётами для обслуживания ключевых автомагистралей. Надо сказать, что винтокрылые машины используются для помощи раненным в автоавариях практически во всех развитых странах. Россия этим пока похвастаться не может. Замдиректора Всероссийского центра медицины катастроф Леонид Борисенко считает, что эту ситуацию нужно «исправлять как можно быстрее». Применение вертолётов позволит сократить время прибытия врачей на место ДТП в 3,5–4 раза. Но для этого помимо прочего нужно строить площадки рядом с больницами. По его словам, главная проблема – в бюрократии, из-за которой многие вопросы решаются слишком медленно: «Бюджет ежегодно выделяет деньги, но пока ни один регион не смог наладить систему оказания вертолётной помощи».

Гораздо лучше обстоят дела с внедрением реанимобилей, утверждает директор департамента организации медицинской помощи и развития здравоохранения Минздравсоцразвития РФ Ольга Кривонос. От обычных карет «Скорой помощи» эти машины отличаются тем, что позволяют вести интенсивный курс терапии, вплоть до предварительного оперативного вмешательства. В 2008 году министерство закупило 142 реанимобиля, и их уже используют на многих магистралях общероссийского значения. В этом году планируется приобрести ещё 196 таких машин для федеральных трасс «Холмогоры» и «Волга». А к 2013 году реанимобили должны появиться во всех регионах страны. Самым срочным распоряжением Дмитрия Медведева стало требование разработать новые стандарты автомобильных аптечек, состав которых давным-давно морально устарел. Теперь список обязательных для «железного коня» медсредств будет составлен заново, причём в самое ближайшее время. Наконец, ещё одно начинание Минздравсоцразвития – разместить вдоль дорог баннеры с адресами ближайших больниц.

По теме

На днях ДОБДД МВД России представил статистику аварийности за первые восемь месяцев 2009 года. С января по август в стране произошло 126 377 дорожно-транспортных происшествий, в результате которых погибли 15 810 человек, в том числе 587 детей, ранения получили 161 048 человек. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года количество ДТП сократилось на 7%, погибших – на 12,9%, раненых – на 5,2%. В ГИБДД объясняют, что это их заслуга: с повышением штрафов возросла и сознательность участников движения – скоростной режим опустился с заоблачных цифр до более безопасных, выездов на «встречку» стало меньше, водители и пассажиры поголовно начали пристёгиваться. В Минздравсоцразвития добавляют: помог нацпроект «Здоровье» – обновили парк машин «Скорой помощи», которые теперь доезжают до места происшествия на 10 минут быстрее, в среднем за 25 минут.

Однако есть и другая точка зрения, согласно которой «улучшение отчётности» следует отнести на счёт кризиса, заметно сократившего потоки как легкового, так и грузового транспорта. «В связи с финансовыми трудностями, с подорожанием бензина огромное количество водителей отказалось от использования личных автомобилей. У многих моих знакомых машины стоят на приколе в гараже, ждут лучших времён, – рассказал «Нашей Версии» г-н Травин. – Другая причина улучшения заключается в том, что за последние два-три докризисных года у нас значительно обновился парк автомобилей. На дорогах стало меньше отечественных машин – никчёмных, непригодных и не соответствующих требованиям безопасности – и больше пусть и подержанных, но иномарок, которые имеют довольно серьёзную систему безопасности (ну, во всяком случае, подушки). Поэтому тяжесть последствий ДТП значительно уменьшилась. А если бы все продолжали ездить на наших авто, статистика смертности была бы ужасающей».

А вот заслуги ГИБДД в улучшении показателей наш собеседник не видит. «Эта организация в принципе не способна справиться со смертностью на дорогах. Она для этого ничего и не делает, – говорит он. – А повышение штрафов помогло лишь в незначительной степени. К тому же, как утверждают социологи, ужесточение наказания влияет на умы человечества только в течение одного года. А потом люди начинают приспосабливаться». По его мнению, нынешнее улучшение ситуации – лишь временное явление, и с наступлением лучших времён кривая смертности снова поползёт вверх. «Несомненно, после окончания кризиса будет рост, потому как народ начнёт возвращаться за баранку и машин на дорогах станет больше (пусть даже и более безопасных), а повышение штрафов забудется», – заключил правозащитник.

Здесь надо заметить, что всплеска дорожной смертности ожидали ещё до окончания экономических потрясений, причём не только эксперты, но и представители Госавтоинспекции. Дело в том, что с этого года Россия перешла на европейские стандарты учёта жертв ДТП: в скорбные списки теперь должны включать всех, кто умер в течение 30 дней после происшествия. До сих пор в них попадали только те, кто прожил меньше недели. Таким образом, власти надеялись получить более полную информацию о последствиях автокатастроф. Ведь раньше, по признанию чиновников, данные Минздравсоцразвития и ГИБДД по погибшим на дорогах расходились на 20–30% (гаишная статистика, разумеется, была лучше медицинской). То есть, по идее, при переходе на новую методику число жертв могло увеличиться до 45 тыс. в год. Словом, мы должны были догнать и перегнать Америку (а там, между прочим, гражданин считается погибшим в ДТП, если смерть наступила в течение целого года с момента аварии).

Но нет, картина стала только радужнее. Может, и правда люди стали гибнуть так редко, что даже те, кто протянул больше семи суток, не смогли «подпортить» статистику. Впрочем, эксперты советуют на сей счёт особо не обольщаться. «Верить тем цифрам, которые выдает Госавтоинспекция, нельзя, – заявил нам вице-председатель Движения автомобилистов России Леонид Ольшанский. – Гаишники подгоняют статистику под нужные значения. Когда их берут за глотку: мол, растёт смертность на дорогах – они делают всё, чтобы ситуация выглядела поприличнее. А когда им нужно протащить через парламент очередные репрессивные меры, они говорят: у нас увеличивается аварийность, надо ужесточать санкции. Поэтому я считаю, что вести статистический учёт должно независимое ведомство. У нас есть Росстат, вот пусть он этим и занимается».

Не в восторге правозащитники и от самой системы подсчёта жертв – не важно, старая она или обновлённая. Так, Виктор Травин считает «безумием» то, что причинно-следственная связь между ДТП и смертью человека определяется временем, разделяющим эти два события. «Понятно, что гаишникам проще отчитываться, ограничив себя определённым сроком. Но такая статистика не отражает реального положения вещей, – утверждает он. – В моей практике были случаи, когда и через три, и через шесть месяцев, и даже через год человек умирал из-за травм, полученных в ДТП. Это устанавливала судебно-медицинская экспертиза. Вот вам пример: через полгода после аварии мужчина скончался от разрыва скрытой гематомы в головном мозге, которая образовалась именно в результате механического воздействия на голову (проще говоря, удара) при ДТП. Поэтому никаких сроков здесь вообще быть не должно. Устанавливать «причастность» аварии к смерти человека может только судмедэксперт».

Опубликовано:
Отредактировано: 12.10.2009 13:22
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх