Версия // Общество // Какие страны «смоет» в результате «битвы цивилизаций» в Европе, а какие – соединит?

Какие страны «смоет» в результате «битвы цивилизаций» в Европе, а какие – соединит?

13994

Искусство вовремя «смыться»

Какие страны «смоет» в результате «битвы цивилизаций» в Европе, а какие – соединит?
(коллаж: рисунок - Темур Козаев, фото - АР ТАСС)
В разделе

«Слабые народы погибнут, а сильные – выживут», – вещает венгерский премьер Виктор Орбан о «последних временах», настающих в Европе. И хотя Орбан не баба Ванга, прислушаться к его предсказанию стоит. И прогноз этот, признаться, пугает по-настоящему.

О кризисе европейской цивилизации кто только не предупреждал – от Льва Гумилёва до Эдуарда Лимонова. Но Евросоюз продолжает надуваться – за счёт Грузии и Молдавии, а может, даже Украины или того, что от неё в конечном счёте останется. И вот теперь Орбан, срывая покровы с процесса, доказывает обалдевшей публике, что надувается не живой организм, а загнивающий труп! Впрочем, довольно эпатажных образов – Орбан, вполне возможно, просто желает воспользоваться очевидным кризисом Евросоюза, чтобы реформировать (или, если угодно, переформатировать) одну из его частей – распавшуюся 100 лет назад Австро-Венгрию. Оглянитесь, кто нынче помимо Будапешта жёстче прочих оппонирует Брюсселю? Прежде всего Вена и Загреб – важнейшие части монархии Габсбургов. Совпадение? Как знать!

Две стороны протеста

Одно несомненно – Европу в её сегодняшнем состоянии уже начинает нездорово лихорадить. Взгляните на Францию. Массовые протесты с горящими автомобилями и разбитыми витринами разграбленных магазинов там уже стали нормой, но то, что происходит с 20-х чисел июня, – это явно переход состояния в некое новое качество. Начиналось обычно: в пригороде Парижа полицейский застрелил 17-летнего араба. Парень управлял арендованным автомобилем без прав и, остановившись по требованию полиции, попытался сбежать. Но если для «белой» Франции погибший Наэль Мерзук однозначно преступник, то для «чёрной» не просто герой, но ещё и бесценный повод, чтобы в очередной раз качнуть права. Сотни арестов в Дижоне, Лионе, Тулузе, Марселе и Страсбурге – за сутки протестной волной захлестнуло страну целиком. В ночь на 30 июня во Франции сгорели 1919 автомобилей и 492 здания, большей частью административные. К утру 4 июля счёт задержанным пошёл на десятки тысяч. Полиция очевидно не справлялась, и на улицы вышли патрули националистов. Марин Ле Пен, которую всякий раз после поражения на выборах либеральная пресса списывает в утиль, но которая всякий раз после этого демонстрирует лучший результат на следующих выборах, обвинила президента Эммануэля Макрона в утрате рычагов управления страной. Уж не собираются ли националисты перехватить у Макрона эти его рычаги? Пока ясно одно – беспорядки стали самыми массовыми за последние 18 лет. А помните, чем обернулись события 2005 года? Уходом с политической сцены «голубя» Жака Ширака и его заменой «ястребом» Николя Саркози. Похоже, у нынешних событий последствия будут намного более ощутимыми, особенно если Ле Пен обопрётся на те самые уличные патрули националистов.

Может быть, впервые столь очевидно кристаллизуются две стороны протестов. По одну сторону – вместе с крушащими Францию неграми и арабами – коммунисты, социалисты и левые радикалы, антифа и зелёные, представители сексуальных меньшинств. По другую – МВД и жандармы, правительство и националисты, а заодно футбольная сборная страны и бизнес, причём как крупный, так и мелкий. «Крикуны» против «людей дела»? Может статься, «крикунов» впервые за 55 лет ожидают трудные времена. Слишком далеко могут завести такие протесты, и кому, как не французам, об этом знать?! Под угрозой устои существования Пятой республики, да что там – всего французского государства. Споры корсиканского национализма разлетятся на Прованс и Эльзас, а далее – повсюду. Корсика ведь не от Парижа бежит, а от мультикультурализма Макрона, от негров с арабами, от леваков, зелёных и ЛГБТ*. От «новых ценностей», отторгаемых здоровой Европой, теми же Венгрией, Австрией и Хорватией.

Левацкая радость

По теме

А какие они, кстати, вообще, эти европейские ценности? Или, как нынче говорят, «скрепы»? Прежде было понятно – поколение за поколением много трудились, наживая добро, богатели, становились рантье с пухлыми банковскими счетами. Деньги, пожалуй, не идеальная мера жизненного успеха и, возможно, не самый верный общественный ориентир, но в качестве созидательной ценности европейской цивилизации – почему бы и нет? А что новая реальность предлагает взамен? Разрушительную анархию леваков? Сексуальные извращения? Сомнительное удовольствие поедать червяков и личинок, мёрзнуть в домах без газа и электричества? Вряд ли таким новым скрепам порадуется европейское «белое» большинство. Потерпеть какое-то время люди могут, в конце концов, человек в принципе терпелив. Но строить жизнь в соответствии с «новыми ценностями», весьма и весьма сомнительными? И тут возникает вопрос: а остались ли у Старой Европы силы защищать традиционные ценности? И остались ли скрепы, хоть какие-нибудь?

Чуть сменим градус обзора. Десятилетия европейские леваки (и идущие с ними в ногу разномастные меньшинства, от тех же зелёных до сексуальных извращенцев и прочих изгоев) дожидались своего часа, чтобы «свергнуть могучей рукою гнёт вековой навсегда». Но недоставало силёнок. А главное – общество не желало их в этом поддерживать. При таком раскладе прийти к власти посредством выборов – об этом нельзя было даже мечтать. И европейские леваки применили иную тактику – расшатывания традиционных устоев. Неоценимую помощь на первых порах им оказали из-за океана – Вашингтон, затаив на генерала де Голля обиду за устроенный им принудительный обмен долларовых бумажек на чистое золото, поддержал парижские молодёжные протесты 1968 года. Де Голль в итоге покинул свой пост, а леваки и радикальные меньшинства усвоили первый урок: чтобы добиться политического успеха, нужно просто раскачивать общество. Расшатывать его устои. Жечь машины и административные здания, грабить магазины и всячески кошмарить людей, исповедующих традиционный уклад. Не обязательно устраивать революции – общество и без них трансформируется до неузнаваемости. Признает, что понаехавшие бездельники «имеют значение», что однополый секс – это норма, что личинки – годная замена нормальной еде, а зелёная энергетика ничем не хуже традиционной. Вот так всё и двигалось на протяжении 55 лет – это была, вероятно, самая долгая левацкая «революция» в истории.

А теперь Европа оказалась на исторической развилке. Продолжать в том же духе – потерять часть себя. Венгрию, Австрию, Хорватию, Грецию, Чехию с Польшей. Одни выстроят отношения с Россией (как Габсбурги с Романовыми в былые времена), другие – с Британией и Скандинавией. Но уже – вне левацкой повестки, исповедуемой Брюсселем. Но можно и остановиться. Оглянуться на себя – чтобы ужаснуться увиденному. Но позволят ли остановиться леваки? Судя по происходящему во Франции, нипочём не позволят. У леваков появилась мощная движущая сила – понаехавшие инородцы. Десятки миллионов бездельников и дармоедов, сильных, активных, неплохо организованных и не имеющих корней. Саранча. Управляй ею, и будешь управлять Европой!

Попустишь леваков – придут крайне правые

Жила-была Европа с несколькими «центрами силы» – Германией, Францией, Британией. Сформировался Евросоюз – не так чтобы в пику США, но поначалу как равнозначный субъект. Задавать тон в нём со временем стала Германия, взвалив на себя заодно и бремя финансовой ответственности. Франция и Британия эту реальность приняли, но внутренне с ней не согласились. Чем США и воспользовались. В итоге Британия строит свою Европу – с Польшей во главе угла и с Прибалтикой. В этой Европе нет ни Франции, ни Германии, ни Средиземноморья – пока, во всяком случае. Обратите внимание: в этой британской Европе практически нет мигрантов из Азии и Африки. А ещё в ней напрочь отсутствует левацкая повесточка с ЛГБТ и бесцеремонным всевластием меньшинств. Индус-премьер, на мой взгляд, явление временное и скорее отвлекающее.

По теме

Затеянное Орбаном (на паях с хорватским президентом Зораном Милановичем и руководством Австрийской народной партии) воссоздание условной империи Габсбургов, по сути, не что иное, как движение параллельным курсом с Британией. Задача проста: отделить от Европы наиболее здоровые куски – Балканы, возможно, Италию, Грецию с Болгарией – и, заручившись партнёрством с Турцией и Россией, выстроить новый альянс. Так же, как и у англичан – без французов и немцев. И, разумеется, без диктата брюссельских евробюрократов. Все громкие заявления Орбана не что иное, как эмоциональное насыщение процесса смыслами, внятными и максимально доходчивыми. Евросоюз умер – да здравствует Евросоюз, но – иной.

А далее пофантазирую. Как вы считаете, в Берлине и Париже ослепли и не замечают, что происходит в Европе, над ними и под ними? Не осознают рисков левацкой повесточки, однажды, в 20-х годах прошлого века, чуть было не раскачавшей Европу в обнимку с бродившим неподалёку «призраком коммунизма»? Приход к власти крайне правых – от Гитлера в Германии и Франко в Испании, от Салазара в Португалии и Муссолини в Италии – не что иное, как итог действия европейских леваков 100 лет назад. У Гитлера с Франко, да и у всех остальных, антиподы сплошь леваки! Спираль истории проворачивается неуклонно. Эрнст Тельман последовательно и неуклонно шатал режим Гинденбурга – и расшатал. Но в итоге к власти в Германии пришёл Гитлер. Либерал Луиджи Факта столь же старательно расшатывал королевский трон Виктора-Эммануила, но итогом процесса стал приход чернорубашечников во главе с Муссолини. 100 лет спустя французские левые – Меланшон, Амон и др. – не менее старательно добиваются ухода Макрона, но добьются прихода Ле Пен, и это в лучшем для них случае, ибо протесты могут породить других правых лидеров, куда как более радикальных. На фоне погромов полиция Ниццы задерживает главного тренера футбольного клуба «Пари Сен-Жермен» Кристофа Галтье – в вину ему вменяют «возможную дискриминацию на работе, касающуюся расы и религии». Сына тренера тоже взяли под стражу – бывший спортивный директор клуба «Ницца» обвинил Галтье в «расистских высказываниях». А тот всего лишь посетовал, что в одной французской команде не может быть так много чернокожих и мусульман. То есть сожжёшь Коран на площади – и тебе ничего за это не будет. Но помянёшь всуе чернокожих в личной беседе – можно и за решётку угодить, и поста лишиться, и ещё штраф заплатить, как Галтье – 45 тыс. евро?!

В Германии картина чуть иная, но события там разворачиваются в похожем ключе. Нет массовых протестов, это факт. Зато зреет заговор крупного капитала против социал-демократа Шольца, отключившего германскую промышленность от российской системы жизнеобеспечения. Замечу, что Гитлера к власти тоже привели недовольные крупные промышленники. Что им мешает повторить тот свой опыт? А фоном – драматическая история с 23-летним афганским «понаехавшим», изнасиловавшим в Дортмунде 11-летнюю девочку-немку. Мигранта арестовали, но выпустили из тюрьмы через 12 дней на том основании, что он не бомж. А через пять недель афганец изнасиловал ещё одну девочку 13 лет. Теперь, если суд признает его виновным, насильнику грозит… депортация! Вот они, результаты правления левых, альянса зелёных и социал-демократов.

Назад, к традиционным ценностям

Что имеем в сухом остатке: точки напряжения в Европе – очерчены. Процессы распада на севере (британцами) и на юге (условно – австро-венграми) – запущены. Здоровой, объединяющей идеологии в Брюсселе сгенерировать не в состоянии – там даже, похоже, об этом не думают. В Америке нетрадиционным ценностям противостоит монолитная, зрелая нация, формировавшаяся веками. В Европе нет ничего похожего и ещё долго не появится (если появится вообще). Таким образом, то, о чём предупреждает Орбан, надвигающиеся реалии?

Чтобы выжить, у Европы есть лишь один путь – возвращение к традиционным ценностям. К христианским, если угодно. Восстановить реальное производство, замкнутое на эффективную энергетику. Прекратить терроризировать АЭС и дизельные моторы, не субсидировать неэффективные электрокары и ветряки. Прагматичнее работать с парт­нёрами. Не играть в игры с США там, где сотрудничество с Россией сулит преимущества. Избавиться от левацкой ереси и скандалёзного торжества меньшинств. Либо ассимилировать – принудительно и максимально жёстко – всех понаехавших, либо выслать их восвояси. Турки, к примеру, именно так и поступают. В европейской «битве цивилизаций», если дело дойдёт до неё, победителей не будет.

Виктор Орбан, премьер-министр Венгрии

– Мы живём во времена, когда сотрясаются устои мира. Эпицентр находится в непосредственной близости от нас. В непосредственной близости от Венгрии идёт великая война нашего времени, а десятки и сотни тысяч мигрантов с юга осаждают наши границы. Нам нужны сильная страна, правительство, экономика, армия и, что не менее важно, сильные правоохранительные органы. Мы должны пребывать в боевой готовности и вооружаться. Грядут времена, когда слабые европейские народы будут уничтожены, а сильные выживут. Сегодня Венгрия одна из самых безопасных стран в Европе, если не самая безопасная. Не в последнюю очередь благодаря своей миграционной политике.

Кстати

Единая Европа под угрозой распада, но аналогичная участь грозит и отдельным странам Старого Света. Из состава Соединённого Королевства то и дело выпадают то Северная Ирландия, то Шотландия, а на прошлой неделе о воссоединении с Норвегией объявили власти Оркнейских островов – архипелага у побережья Британии. Там вспомнили, что до XV века они принадлежали норвежской короне, а затем отошли к Шотландии – но не Британии! Шесть лет назад «совет архипелага» проголосовал за стремление к «большей автономии» – по примеру острова Мэн, Гибралтара или Бермудских островов. Но сойдёт и воссоединение с Норвегией, лишь бы не оставаться под властью британской короны! Судачат, что причина сепаратистских настроений – деньги. Лондон отстёгивает архипелагу куда меньше средств, чем соседним Шетландским островам, хотя архипелаг обеспечивает Соединённое Королевство нефтью из Северного моря.

*
ЛГБТ-движение признано Верховным судом РФ экстремистским
Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 11.07.2023 10:14
Комментарии 1
Еще на сайте
Наверх