В Саратовской области добывают минерал, который можно использовать для быстрой рекультивации земли. Глауконит опробовали в этом деле ещё в 2007 году, при разливе мазута в Керченском проливе. В 2026 году, на фоне тревожных новостей из разных концов страны, чиновники решили не применять перспективную технологию, руководствуясь только им понятной логикой.
В 2025 году Россия заняла восьмое место в мире по объёму научных исследований и разработок, заявил в пятницу вице-премьер Дмитрий Чернышенко. По его словам, у нас выросла и доля молодых учёных, и число заявок на патенты, и количество публикаций в научных журналах. Но самое главное – растёт число отечественных технологий, используемых реальным сектором экономики. Можно порадоваться за успехи отечественной промышленности, но не покидает и такая мысль: если о внедрении инноваций рассуждают в подобном ключе, значит, база для старта была неприлично низкой. Как же так получилось?
Почему стимулировать внедрение технологий приходится на высоком государственном уровне? С высокого уровня, к слову, результаты этой работы выглядят впечатляющими: в прошлом году было подано почти 37 тыс. заявок на выдачу патентов на изобретения, полезные модели и промышленные образцы. Однако «на земле» чиновники, от которых может зависеть применение конкретной технологии и в конкретной ситуации, частенько мыслят по-старому – точно так же, как бюрократы, зарубившие массовое внедрение первых советских ЭВМ. Масштабы, разумеется, не те, но тысяча маленьких клерков в режиме «не пущать» вполне способна подорвать развитие инноваций в большой стране.
Заметьте, мы говорим сейчас вовсе не о космических технологиях, а самых повседневных проблемах, с которыми может столкнуться любой из нас. Взять хотя бы ЧП с разливом нефти и нефтепродуктов. Такие аварии происходят у нас едва ли не каждую неделю, при этом в ряде случаев для полного устранения последствий разлива требуются годы. Вот буквально на днях во Владимирской области обнаружили разлив мазута, предположительно с железной дороги. За пару дней до того нефтью, которая якобы самопроизвольно вырвалась из-под земли, затопило участок близ сахалинского посёлка Катангли. Ну и, конечно, у всех на слуху ситуация в Туапсе, где нефтеперерабатывающий завод подвергся атаке украинских БПЛА. За устранением последствий этого ЧП следила, можно сказать, вся страна.
Накануне старта курортного сезона властям южного города пришлось приложить немало усилий и потратить значительные средства на очистку пляжей от нефтяного загрязнения. При чём здесь технологии, спросите вы? А при том, что у нас в стране есть новаторы, которые разрабатывают и производят новые сорбенты, способные обезопасить загрязнённую территорию в короткий срок. В частности, саратовская компания «70 тонн» способна всего за 100 часов очистить пляж при помощи природного минерала глауконита, при этом вывоз, просев, промыв и обжиг загрязнённого грунта (песка) не требуется, что значительно ускоряет и удешевляет рекультивацию земельных участков.
Технология саратовцев не вполне новая, зато проверенная. Глауконит успешно опробовали при ликвидации последствий разлива мазута в Керченском проливе в 2007–2008 годах. Однако был ли использован этот способ для очистки пляжей в связи с происшествиями, которые способны сорвать курортный сезон на юге страны? Вопрос этот можно считать риторическим.
Представители ООО «70 тонн» предлагали свою помощь и местным властям, и руководству МЧС России. Ответы во всех случаях примерно одинаковые: информация принята к сведению, если что, организуем аукцион через систему госзакупок. По сути, государственные органы ответили саратовцам то же самое, что, как считается, услышал в XIX веке от тогдашних чиновников изобретатель телеграфа Павел Шиллинг: «Надобности в сей выдумке нет, ибо есть почта». Так и живём. На дворе XXI век, а бюрократия по-прежнему выглядит нелепо перед лицом прогресса, да и чего там – боится его по какой-то одной ей известной причине.
