Интернет принёс новый мем: «День защиты детей отмечается 1 июня, потому что накануне родители видят их годовые оценки». А ведь очень метко подмечено!
Конец учебного года. Учителя дописывают характеристики, дети досиживают последние уроки. Но за привычной суетой – тревожная картина, о которой не принято говорить вслух.
Нож в портфеле – кто виноват?
Несколько недель назад в одной из московских школ ученик принёс нож. Не в первый и не в последний раз. Подобные случаи фиксируются по всей стране с пугающей регулярностью.
Но знаете, что удивляет больше самого факта? Уголовную ответственность за это несёт директор школы. Не мама. Не папа. Директор. По действующему законодательству, как только ребёнок переступил порог школы, учреждение отвечает за его безопасность. Логика понятна. Но где в этой схеме родители?
Ребёнок взял нож дома. Положил в портфель дома. Вышел из дома. И никто не заметил.
Родители в этой истории юридически почти неуязвимы. Доказать их вину сложно. А значит, незачем стараться.
Пока система ищет крайнего в лице директора, настоящий источник проблемы остаётся за кадром.
Дети, которые бьют
Нож – это крайность. Но агрессия в школах стала фоном.
Уколоть одноклассника. Подкараулить в туалете. Запугать. Унизить в чате класса на глазах у 30 человек. Пожалуй, последнее страшнее всего. Да, ещё они в ИИ смешные и не очень картинки рисуют, используя фотографии друг друга.
Причин несколько, и все они неудобные.
Родители заняты. Не потому что плохие, потому что выживают. Работа, ипотека, усталость. А сегодня приходится и вторую работу искать на фоне сокращений зарплат. Ребёнок с телефоном не мешает, дома тихо.
Контент делает своё дело. Алгоритмы соцсетей показывают детям то, что вызывает реакцию. Конфликты, унижения, драки набирают миллионы просмотров. Насилие становится нормой – тихо, незаметно, каждый день.
Никто не учит договариваться. Ни дома, ни в школе. Учитель объясняет теорему Пифагора. Но как справляться с гневом, как выходить из конфликта без кулаков? Они умеют друг друга блокировать в телефоне. А договориться не могут.
Тревога ищет выход. Современные дети живут в огромном напряжении. Они это чувствуют, даже если не могут назвать словами. И напряжение выходит через тело. Через агрессию.
Рейтинг вместо знаний
Параллельно с ножами и конфликтами другая история. Не менее разрушительная.
Всероссийские проверочные работы (ВПР). МЦКО. Диагностики. Мониторинги.
Появившиеся в местных СМИ фотографии камер, установленных над входами в школьные туалеты и над писсуарами, наделали много шума. Власти Перми отреагировали на информацию.
Их становится всё больше. Учителя готовятся к ним месяцами. Дети сдают их в состоянии хронического стресса.
Зачем? Официально – чтобы проверить качество образования. На деле – чтобы составить рейтинг школ.
Рейтинг определяет финансирование. Финансирование определяет всё остальное.
И вот учитель стоит перед выбором: дать детям живое знание или натаскать их на правильные ответы в тесте. Большинство выбирают второе – не потому, что не хотят учить, а потому, что система не оставляет другого выхода.
Дети умеют решать ВПР. Но не умеют думать самостоятельно. Не умеют задавать вопросы. Не умеют ошибаться и искать решение.
Рейтинг есть. Образования всё меньше.
Кому это выгодно? Тем, кто строит отчёты. Тем, кто распределяет бюджеты. Тем, для кого цифра в таблице важнее живого ребёнка за партой.
Что со всем этим делать
Простых ответов нет. Но есть честные вопросы, которые стоит задать.
Готовы ли мы, как общество, признать, что агрессия детей – это зеркало агрессии взрослых?
Готовы ли родители взять реальную ответственность – не формальную, а живую?
Готовы ли чиновники от образования выбрать знания вместо рейтингов?
Пока нет ответов на эти вопросы, директора будут отвечать за чужие ножи, учителя будут натаскивать на тесты, а дети будут как-то выживать в этих условиях.
Я училась в советской и постсоветской школе. Мы сдавали устные зачёты. Сидели напротив учителя. Смотрели в глаза. Это был настоящий экзамен на умение думать вслух.
Если не знал, то находил ответ, отвечал на вопросы, рассуждал. Можно было уйти в сторону, которую знаешь лучше, и там доказать, что ты не пустое место.
Я не умею сдавать тесты. Никогда не умела.
Но я умею спорить. Доказывать свою точку зрения. Искать решение в голове, в разговоре, да хоть в шпаргалке. Потому что найти информацию и применить её – это и есть настоящий навык.
Тест этого не проверяет. Тест проверяет, насколько хорошо ты угадываешь, что хотел спросить составитель. Иногда по методу «эники-беники ели вареники» (никому не говорите, но я же угадывала ответы этим способом?!).
Давайте вернём живой разговор между учителем и учеником. Вернём право на ошибку, на паузу, на поиск. Вернём школу, где думают, а не сканируют варианты ответов.
Мы же помним, как это было. И помним, что это работало.
Ну и всех, конечно, поздравляю с окончанием учебного года. Не желаю хороших каникул – желаю вытаскивать детей из гаджетов! Всем терпения!
