Мировой рынок сжиженного природного газа стоит на пороге серьезной трансформации. После нескольких лет жесткого дефицита, вызванного отказом Европы от российского топлива и конфликтом на Ближнем Востоке, отрасль может столкнуться с разрушительным перепроизводством.
Такую оценку приводит The Economist.
Еще четыре года назад европейские страны лихорадочно искали замену 40% импорта газа и обратились к Катару как крупнейшему производителю СПГ. Тогда министр энергетики эмирата Саад аль-Кааби заверял в надежности поставок на протяжении более 26 лет. Однако после начала войны в Иране Тегеран закрыл Ормузский пролив, и QatarEnergy объявила форс-мажор по контрактам с Китаем, Италией, Бельгией и Южной Кореей . С марта из страны отгружено лишь 98 грузов против 634 за аналогичный период прошлого года. Дефицит СПГ достиг 39 миллионов тонн.
На этом фоне европейские газохранилища подошли к отопительному сезону с рекордно низкими запасами. По данным Gas Infrastructure Europe, заполненность ПХГ ЕС на конец сентября составила 71,5%, что на 15,5 п.п. ниже среднего показателя за последние пять лет. В Германии уровень запасов едва превышает 57%.
Однако нынешний дефицит может обернуться масштабным профицитом в среднесрочной перспективе. Согласно прогнозам, новые проекты способны увеличить ежегодные мировые поставки до 630 миллионов тонн к 2030 году, что на 60% больше уровня годичной давности. При этом спрос, по оценке Rystad Energy, будет расти медленнее и к концу десятилетия составит лишь 574 миллиона тонн. Если Катар восстановит добычу на полную мощность и все запланированные проекты будут реализованы, дисбаланс между спросом и предложением может достичь 55–75 миллионов тонн, что грозит обвалом цен на СПГ.
Дополнительное давление на рынок окажет запрет Евросоюза на импорт российского сжиженного газа, который вступит в силу с 1 января 2027 года. Это вынудит европейские страны наращивать закупки у других поставщиков, усиливая конкуренцию за объемы в условиях перенасыщения рынка.
