Переговорщики Дональда Трампа, Уиткофф и Кушнер, анонсируют возобновление поставок российского газа в Европу транзитом через территорию Украины. Идея такая: наш газ европейцам, остро нуждающимся в энергетических ресурсах, но нипочём не желающих покупать их прямиком «у Кремля», будет перепродавать некий американский посредник – разумеется, в обход санкций Евросоюза. Белый дом предлагает это как способ снизить цены на углеводороды на фоне рекордно низких запасов газа у Европы в преддверии зимы, разъясняет The Wall Street Journal.
Ровно два года назад близкий к Трампу инвестор Стивен Линч обратился в минфин США за разрешением выкупить выведенный из строя «Северный поток – 2», если германские власти выставят его на аукцион. А они-то как раз собирались. Казалось бы, зачем американцу швырять деньги на ветер, выкупая взорванный газопровод? Специализация Линча – выкуп проблемных, практически безнадёжных активов, которые он впоследствии реструктурирует и перепродаёт. Примерная стоимость газопровода – если бы он был в рабочем состоянии – порядка 11 млрд долларов. А Линч намеревался выкупить его за миллиард. Или за два – не больше. В Берлине, однако, сообразили, что покупка такого актива – это совсем не про бизнес и не про лёгкий заработок. И уж точно не про дырявую трубу на дне моря. А про транзитные мощности, в перспективе качающие дешёвый энергоресурс из России. Вопрос этот скорее политический, связанный с влиянием Вашингтона на Евросоюз. Да, а Линч – сосед Трампа «по даче» в Майами. А Трамп, как известно, крайне заинтересован в дополнительных инструментах давления на Брюссель. Таким инструментом вполне мог бы стать восстановленный «Северный поток – 2», если бы по нему возобновили прокачку российского газа. Германия смогла бы восстановить свою экономику, а Вашингтон, манипулируя благодарным Берлином, – в перспективе расширить своё влияние на Евросоюз.
Если газа нет в трубе
В Европе цены на газ в этом году взлетели в 3,6 раза, сообщают «РИА Новости», это самый подорожавший товар на мировых рынках. Неделю назад котировки впервые с декабря 2022-го поднялись выше 1200 долларов за тысячу кубометров. Запасы на зиму при этом рекордно низкие. Проблема в том, что с повреждёнными «Северными потоками», куда газ закачивали из Выборга и Усть-Луги, немцы так и не определились – продавать или повременить. Возможно, проблема здесь в том, что Германия вправе выставить на аукцион не весь газопровод, а лишь его часть, проходящую по дну её исключительной экономической зоны в Балтийском море – 85 километров. А есть ещё российская, датская, шведская (самая большая, 500-километровая) и финская части. Взрывами разрушены датский и шведский участки газопровода, и без отмашки Стокгольма и Копенгагена начать восстановление едва ли возможно. К тому же у «Северного потока – 2» имеется формальный собственник – зарегистрированная в Швейцарии международная структура Nord Stream AG. Её акционерами выступают «Газпром» (с 51-процентной долей), немецкие Wintershall и E.ON Ruhrgas (по 15,5% у каждой), голландская Nederlandse Gasunie и французская GDF Suez (с 9-процентной долей у каждой). Тут, похоже, вопрос не совсем в итогах германского аукциона, а в доброй воле Москвы – уступит «Газпром» часть своей доли американцам или нет. Кстати, немалая российская доля есть и в Wintershall (о которой чуть ниже). Ходили слухи, что политическая воля сделать уступку Трампу у Москвы вроде бы имелась. Тем не менее с «потоками» пока что не задаётся. Но тогда каким образом наладить транзит, о котором вещают Уиткофф с Кушнером?
Из Торжка и Смоленска через Белоруссию тянется ветка во Франкфурт-на-Одере. Есть ещё «Турецкий поток», но не о них речь, ведь в эти проекты доступ американцам заказан. А стало быть, Уиткофф и Кушнер имеют в виду какой-то другой газопровод, через который в Европу хлынет российский газ. Один такой есть – тот, что идёт через Украину. Из российской Суджи в украинское Закарпатье и далее. Но с ним всё непросто.
Труба в «руке Москвы»
Давным-давно, в 2019 году, «Наша Версия» опубликовала расследование «Украине – труба!». Речь шла о том, что якобы германская, но, как оказалось, не вполне, компания Wintershall положила глаз на транзитный газопровод. В 2018-м, за несколько лет до заключения сделки, компания провела скрупулёзную ревизию украинской газотранспортной системы и выдала неожиданное заключение: износ стал необратимым, труба – «в предсмертном состоянии». Понятное дело, что три десятилетия Киев проедал советское наследство, эксплуатируя ГТС в хвост и в гриву, при этом не вкладывая в трубу ни копейки. И к 2019 году стало ясно, что проще проложить транзитный маршрут заново, чем латать дыры. Впрочем, в Wintershall оказались готовы вложиться. В своё время, торгуясь за трубу с «Газпромом», премьер Виктор Янукович слишком заломил цену – и Алексей Миллер отказался её выкупать. Так что других претендентов на тот момент, кроме крупнейшей немецкой нефтегазовой компании Wintershall, не оказалось. «Фортель с продажей украинской транзитной трубы американцам не удался – её выкупает германско-российский альянс Wintershall, как и напророчила «Наша Версия» два года назад, – сообщала наша газета в августе 2021-го, накануне прощального визита в Москву канцлера ФРГ Ангелы Меркель. – Но на модернизацию могут уйти годы – ни немцы, ни россияне не заинтересованыпоспешать».
Так вот, в 2019-м «Наша Версия» привычно копнула чуть глубже прочих, и выяснилось, что Wintershall – «дочка» германского концерна BASF – как бы и не вполне коренная «немка», а полукровка, что ли. Ключевой бизнес компании – торговля газом в Германии и странах Западной Европы. Wintershall принадлежит германская трубопроводная сеть протяжённостью более 2 тыс. километров. Добычей голубого топлива компания, впрочем, тоже не брезговала, но это для неё как бы дополнительная опция (11-е место в Европе по добыче). Но это не важно. Важно другое: расцвет компании начался в 1990 году, когда она заключила с едва сформированным «Газпромом» долгосрочное соглашение о реализации в Германии российского природного газа. В 1993 году российский и германский партнёры создали совместное предприятие Wingas, занимавшееся транспортировкой, хранением и сбытом газа в Европе. Партнёрам принадлежали 35 и 65% Wingas соответственно. С годами партнёрство набирало обороты: в 2005-м «Газпром» предоставил Wintershall возможность осваивать Южно-Русское месторождение в Западной Сибири (два года спустя началась совместная добыча газа). В том же 2005-м Wintershall приступила к бурению Уренгойского месторождения, став, таким образом, первой немецкой компанией, добывающей газ в Сибири. И в 2015-м «Газпром», увеличив свою долю в компании Wingas до 100%, стал её фактическим владельцем. Взамен Wintershall получила 25-процентную долю в разработке и освоении двух участков Уренгойского нефтегазоконденсатного месторождения.
За 30 лет партнёрство стало настолько тесным, что искать, где там немцы, а где россияне, уже не имеет смысла. Кстати, компания Wintershall вместе с «Газпромом» и германской компанией E.ON входила в международные консорциумы «Северный поток» (доля 15,5%) и «Северный поток – 2» (доля 10%). Но цимес, как говорят в Одессе, не в этом. В июле 2019 года завершилось объединение Wintershall, BASF и международной инвестиционной структуры LetterOne. Это такие инвесторы, как бы из Люксембурга. Но если хорошенько присмотреться, «материнская компания» LetterOne – «Альфа-Групп» Михаила Фридмана. А учредителями LetterOne выступили Герман Хан, Алексей Кузьмичёв и сам Фридман. И вот этот суперпроект под названием Wintershall-DEA несколько лет проводил непубличные переговоры о покупке украинской нефтегазовой трубы. То ли в Киеве не подозревали о том, кому в цепкие медвежьи лапы передают своё главное достояние, то ли делали вид, что им невдомёк – мол, продаём трубу немцам, и точка. Следует понимать, что до СВО украинский бюджет традиционно наполнялся из трёх краников. Это деньги, которые присылают домой трудовые мигранты, таможенные сборы и доходы от газового транзита. Так что труба была стратегическим ресурсом, имевшим ключевое значение для экономики страны.
Не простая, а золотая
По-видимому, записные комбинаторы Уиткофф и Кушнер додумались, как им, с одной стороны, потрафить своему вельможному сюзерену за здорово живёшь, передав в его руки энергетический рынок Европы, а с другой – как монетизировать своё нынешнее монопольное положение ключевых посредников между Москвой и Киевом. Вопросов тем не менее масса. Например, с какой стати Зеленскому отдавать судьбоносный транзит двум пройдохам с неявными возможностями и туманными полномочиями? Кто и на какие шиши возьмётся отремонтировать дырявую трубу? Немцы с этим, как уже было сказано, не спешат, россияне – тем паче. Да и вообще, кто сказал, что в Wintershall готовы эту трубу кому-то отдать? Да, в ней нет газа. Да, она ветхая и дырявая. Но ведь это не простая труба – стратегическая! Можно сказать, золотая.
А помните, как в 2019-м президент России неожиданно заявил, что-де сближение России и Украины «становится неизбежным»? Об СВО тогда и речи не шло. Для Киева это прозвучало тревожно, даже можно сказать зловеще, однако никто не придал этой реплике значения. А ведь сближение Украины с Россией могло произойти и гораздо раньше, и безо всякого тревожного подтекста. И даже, пожалуй, без СВО. Да ещё и к выгоде Киева. В 2004-м германские эксперты предложили украинским властям схему, позволявшую, не вложив ни копейки в ремонт уже тогда безнадёжной трубы, заполучить максимум выгоды от Москвы. Схема была такая: украинскую ГТС акционируют, раздав по одной трети пакета Киеву, «Газпрому» и европейским энергетическим компаниям (выступающим конечными получателями российского газа). Эту схему тогда поддержали крупнейшие немецкие банки, выразив готовность вложить сколько угодно денег в реконструкцию ГТС. А чтобы сделать Киев сговорчивее, российский монополист гарантировал украинским газовикам допуск к сибирским месторождениям. Но в то время даже такая уступка не устроила президента Украины Виктора Ющенко. Ведь тогда стратегический украинский транзит практически целиком оказался бы в руках Москвы и Берлина, делая Украину зависимой и от России, и от Германии. Как же быть с незалежностью?
Знали об этих планах Уиткофф и Кушнер или им об этом поведали доброхоты, да только нынешняя схема восстановления украинского трубопровода, которую предлагают реализовать американские посредники, почти копирует предложение 2004 года. То есть предполагается акционирование ГТС «на троих». Одна треть – европейским энергетическим компаниям, чтобы заинтересовать их сделкой и не дать её сорвать. Другая треть – российским поставщикам газа (а как иначе-то?). И ещё треть – себе любимым, то есть – американской «крыше». Кураторам. И не ищите в этом схематозе Киев, его там совсем нет. Предполагается, что Зеленский должен сделать уступку переговорщикам – подарить им трубу «за просто так». Вот только Зеленский умеет считать деньги не хуже, чем Уиткофф с Кушнером. А значит, Зеленского из этой схемы предстоит убрать – не мытьём, так катаньем. Иначе – никакой сделки!
Покупая украинскую транзитную трубу, консорциум, созданный вокруг Wintershall, как бы закольцовывал три европейских транзита – «Северный поток», «Северный поток – 2» и ГТС Украины. То есть именно в Wintershall решалось бы, сколько газа следует прокачать по той или иной транзитной ветке. Интрига же в том, что сегодня американцы – если, конечно, им повезёт – получат шанс закольцевать почти весь европейский газовый транзит. С перспективой прибрать к рукам и «Северные потоки» – со временем. При этом Украина лишится ключевого источника денежных поступлений. Что – в перспективе – нам очень на руку, согласитесь.
Вместо послесловия
Стоит напомнить, что два года назад Wintershall затеяла судебную тяжбу с Россией, намереваясь отсудить 7,5 млрд евро компенсации за активы, «брошенные владельцами». Кто и с какой стати инициировал эту тяжбу, мы не знаем, зато нам известно, что 33-процентной долей Wintershall-DEA по-прежнему владеют Михаил Фридман и Пётр Авен. Владеют не напрямую, а через люксембургский LetterOne Holdings SA. Оставшиеся 67% принадлежат BASF. Понятно, что Фридман с Авеном, пусть и через вторые-третьи руки, могут быть связаны со стороной истца и соответственно могут претендовать на обозначенную в иске сумму. А вот ещё интрига: чуть больше года назад нероссийские активы Wintershall были якобы проданы британской компании Harbour Energy. Разобраться бы, кому в конечном итоге в таком случае теперь принадлежит украинская труба? Британцам? Если так, то понятно, в чём их интерес в украинском конфликте, – за трубу цепляются! «Клерки, которых ещё не успели уволить из Wintershall, прямо сейчас разгребают документацию, чтобы окончательно похоронить скончавшегося гиганта», – сообщала «Наша Версия» год назад. Однако исходя из некоторых конфиденциальных данных «покойник» скорее жив, чем мёртв. И как-то сомнительно, что многомиллиардные активы были проданы за смешные 2 млрд долларов.
