Версия // Конфликт // Журналиста «Версии» удалили с открытого судебного заседания несмотря на аккредитацию

Журналиста «Версии» удалили с открытого судебного заседания несмотря на аккредитацию

4421

Открытый суд за закрытой дверью

Журналиста «Версии» удалили с открытого судебного заседания несмотря на аккредитацию
В разделе

По всей вероятности, судья Станислав Бузук оставивший находящуюся под стражей мать троих детей Наталью Довжанскую ещё на три месяца, очень не хотел, чтобы подробности судебного процесса стали достоянием общественности. Мы уже писали о том, что женщина с 26 мая содержится под стражей по обвинению в вымогательстве имущества у собственного мужа и продолжаем следить за развитием ситуации. Правда, внимание журналистов к этой истории, похоже не нравится некоторым представителям следствия и Фемиды.

В деле много странностей и несостыковок: непонятно, почему бывший супруг вдруг вспомнил о самом факте «вымогательства» спустя два года, да и никаких доказательств того, что разговор между супругами состоялся, как уверяет защита, нет. Наталья Довжанская своей вины не признаёт, настаивая на том, что ничего она не «вымогала»: всё дело построено на показаниях её бывшего супруга Яна Довжанского. Более того, сама Наталья уверяет, что имущество, котором идёт речь, и без того, согласно брачному договору, принадлежит ей – на этот счёт имеются соответствующие документы. Более того, защита настаивает, что именно в тот период, когда якобы совершалось вымогательство, между супругами Довжанскими наладились супружеские отношения, они переписывались в мессенджерах, делились фотографиями детей, писали друг другу любовные сообщения. Адвокатами инициирована психолого-лингвистическая экспертиза переписки в мессенджере WhatsApp между Довжанской и её супругом Довжанским за период с 6 августа по 13 ноября 2021 года. Исследовав переписку между супругами, специалисты пришли к выводу об отсутствии в текстовых сообщениях признаков требований о передаче имущества, угроз применения насилия или физической расправы.

Одним из оснований продления срока содержания под стражей Натальи, послужила необходимость производства экспертиз и допросов свидетелей по эпизодам, никак не связанным с инкриминируемым Наталье преступлением. Какое отношение к этим историям имеет наша героиня? Выяснить это нам никак не удаётся.

Заседание суда по продлению началось со скандальной заминки: несмотря на то, что Станислав Сергеевич Бузук, начиная судебное заседание, объявил его открытым, представитель СК стал настаивать на том, чтобы прессу удалили с процесса, напирая на некую «тайну следствия». В итоге было принято «компромиссное» решение: журналисту разрешили присутствовать лишь на ознакомительной и резолютивной части. О чём сторона обвинения и защита спорили в прениях мне предложили догадываться, сидя под дверью судебной комнаты. Вот такая «открытость и гласность» судебного производства по-красноярски – следователь, как мы видим, делает всё возможное, чтобы держать все вышеописанные «странности» в тайне, ставя тем самым под сомнение свои действия.

Добавляет вопросов и тот факт, что ведёт дело Довжанской следователь по особо важным делам Сергей Темнов, не так давно человек с такой фамилией «прославился» тем, что «учил» подследственного Никиту Губернюка какие и на кого ему давать показания. Губернюк тайно записал этот разговор на диктофон, а затем выложил его в сеть. За столь сомнительные методы ведения следствия полицейского никак не был накали. А вот Губернюку этот поступок обошёлся дорого: суд изменил ему меру пресечения с домашнего ареста на содержание в СИЗО.

По теме

Впрочем, как выяснилось в дальнейшем, вопросы были и к самому судье: адвокат Довжанской Алёна Гришкова заявила председательствующему отвод, мотивируя его тем, что он уже рассматривал вопрос о продлении срока содержания под стражей Довжанской Натальи и в своем решении высказался о том, что преступление имело место, в то время, как сторона защиты настаивает на том, что событие преступления как таковое отсутствует, а также председательствующий уже высказался о том, что к Довжанской невозможно применить иную, более мягкую меру пресечения:

— Так как материалы дела, представленные в суд, и ходатайство следователя о продлении содержания Натальи Довжанской под стражей фактически дублируют содержание предыдущего, мы полагаем, что в данном судебном заседании объективно данный вопрос исследован не будет.

Пробыв в совещательной комнате более получаса, судья, тем не менее, отвод отклонил, после чего меня, представителя газеты «Версия», официально аккредитованного на судебное заседание по продлению срока содержания Натальи Довжанской, попросили удалиться из зала суда.

В перерыве я всё же попытался выяснить у представителя СК причину, по которой, меня выставили из зала суда, на что мне было заявлено:

— Нечего Вам там слушать!

После столь «содержательного» ответа диалог с представителем правоохранительных органов закончился.

«Открытое» судебное заседание за закрытыми дверями закончилось ожидаемо: Наталье Довжанской продлили срок содержания под стражей.

Поскольку мне не удалось узнать сколько-нибудь вразумительного мнения следователя по этому делу, после судебного заседания я обратился к адвокату Натальи Довжанской Алёне Гришковой, которая согласилась ответить на несколько вопросов:

— Судебное заседание было объявлено открытым, тем не менее, судья, по настоянию следователя, попросил журналиста покинуть зал суда, лишив его возможности узнать, что происходило в самой содержательной части заседания – прении сторон. Насколько, на Ваш взгляд законно такое решение?

— Я считаю, что никаких оснований для удаления представителя СМИ из зала судебного заседания не было. Учитывая, что, присутствуя в открытом судебном заседании Вы, как журналист, выполняли общественный долг, считаю, что судом было нарушено Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 13 декабря 2012 г. N 35 «Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов», где прямо сказано, что не допускается чинение препятствий и отказ представителям СМИ в доступе в зал судебного заседания по мотиву профессиональной принадлежности. Более того, несоблюдение требований о гласности судопроизводства (статья 10 ГПК РФ, статья 24.3 КоАП РФ, статья 241 УПК РФ) в ходе судебного разбирательства свидетельствует о нарушении судом норм процессуального права.

— И всё-таки, может, приоткроете завесу «тайны», которую так ревностно оберегали представитель следствия и судья?

— Собственно, никакой «тайны следствия» на процессе не звучало. Ничего нового следователь на процессе не сказал и ни одного вразумительного ответа на вопросы защиты не дал. Возможно, понимая неубедительность своих аргументов, он и настоял на том, чтобы журналист удалился с открытого судебного заседания.

— Какие же вопросы задавал представитель защиты?

— Нас интересовало несколько моментов. В частности, я пыталась выяснить, какие именно следственные действия, требующие содержания моей подзащитной под стражей, следователь намеревается провести, но вразумительного ответа я не получила. Единственный аргумент – следствие, якобы, ожидает результатов некоей культурно-археологической экспертизы, которая не имеет никакого отношения к событиям «вымогательства» у Яна Довжанского.

На мой вопрос, причём тут моя подзащитная, которой предъявлено обвинение в вымогательстве имущества у бывшего мужа, последовало молчание. Я думаю, что журналист был удалён с судебного заседания для того, чтобы надуманность и несостоятельность обвинений в отношении моей подзащитной Натальи Довжанской не стала достоянием общественности…

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 03.11.2023 17:40
Комментарии 3
Еще на сайте
Наверх