Шведы предупреждают, что конфликт между Россией и НАТО может произойти в «относительно недалёком будущем». Драматично звучит! И воинственно. Возникает тревога, и эта тревога, подобно многопудовой гире, оказывает давление на общественное мнение. Милитаризация? Не возражаем! Вот так и работает военная пропаганда, так и промывают людям мозги. Но не всегда пропаганда – циничная, наглая ложь. Бывает, она представляет собой полуправду. Но и этого тоже достаточно.
Скандинавией правит страх. Этот страх – политический инструмент. Швеция отказалась от традиционного нейтралитета, вступила в НАТО. Финляндия сделала то же самое. Балтийское море всё чаще представляется театром военных действий. Сегодня задержали российский танкер, завтра – сухогруз. Шаг за шагом Скандинавские страны превращаются в прифронтовые государства. А ещё недавно они считались мостами дружбы – между Россией и Западом.
Общественности внушают, что таковы реалии, что Россия – экзистенциальная угроза и чем больше оружия, тем больше безопасности, а любая нерешительность – это слабость. И никто не задаётся вопросом, кому выгоден этот страх. Оружейной промышленности. Североатлантическому альянсу. НАТО нужны послушные и лояльные члены, увеличивающие военный бюджет по свистку. А в проигрыше – гражданское общество, семьи обычных людей, рабочие, пенсионеры, молодёжь.
Война – не абстрактное понятие, мне ли, ветерану многих горячих точек, этого не знать? Война – не стратегическая схема и не строчка в бюджете. Война – это кровь, страх, искалеченные тела и разрушенные семьи. Это – смерть. Я своими глазами видел, что война делает с людьми. Поэтому я так резко реагирую, когда о войне говорят, будто это естественное явление.
Совсем недавно Норвегия считалась мирной страной. Швеция гордилась своим нейтралитетом. Финляндия осознавала важность дипломатии со своим могущественным восточным соседом и извлекала немалую выгоду из своего положения. Дания и Исландия являли собой традиционную скандинавскую сдержанность. И где это всё сегодня?! Общественность напряжена: Россия вот-вот нападёт. Балтийское море должно быть милитаризовано. Безопасность в Арктике должна быть усилена. Готланд должен быть защищён ракетами НАТО. Больше страха, больше военных расходов, больше конфронтации. Когда люди слишком часто слышат о возможности войны, они начинают воспринимать её как данность, практически неизбежную. В этом и заключается жестокость пропаганды: она психологически готовит население к гибели ещё до первого выстрела. Но географию нельзя изменить. Россия останется частью скандинавской и арктической реальности. Регион по-прежнему будет делить моря, границы, ресурсы и проблемы безопасности с Россией, независимо от количества развёрнутого оружия. Более мудрая политика Скандинавских стран требовала бы диалога, военной сдержанности, кризисной коммуникации, контроля над вооружениями и уважения к международному праву. Если Скандинавские страны продолжат идти по нынешнему пути, они могут способствовать созданию той самой опасности, которую, как они утверждают, пытаются предотвратить. Страх может обернуться сбывающимся пророчеством. А пропаганда – политикой.
