Только реакция на федеральном уровне сможет спасти от сноса восстановленную усадьбу Храброво
Шар-бабой по культуре?
Власти региона годами ищут инвесторов для восстановления таких объектов. Однако длинной очереди из желающих взять на себя эту ношу мы не видим и потому позволим себе предположить, что события, развернувшиеся вокруг бывшей усадьбы князей Оболенских, способны окончательно поставить крест на любых попытках возродить утраченное наследие. Кто возьмётся за многолетний тяжёлый труд, если в один момент всё сделанное могут не только отнять, но и уничтожить?
С конца нулевых на средства меценатов в Храброво удалось заново выстроить уничтоженный временем господский дом и 15 других зданий, в том числе несколько флигелей, хлебный амбар, каретный сарай и конный двор. Теперь благородное дело может быть растоптано по причине того, что некоторые госслужащие весьма своеобразно понимают государственные интересы. Подчеркнём: они не хотят изменить проект или привести здания к какому-либо нормативному состоянию – усадьбу требуют сровнять с землёй.
Вздорное требование, исходящее от людей, обязанных осуществлять правосудие, вынуждает задаться неприятным, но логичным вопросом: кому всё это выгодно? А ну как вый-дет, что после изгнания благотворителей усадьба быстро окажется в руках некоей влиятельной фигуры, остающейся пока в тени? Аномальная активность силовиков и подсчёт потенциальной выгоды, которую может получить такая фигура, вынуждают отнестись к такому предположению со всей серьёзностью.
Наскоком взять не получилось
В самом начале этой истории никто и подумать не мог, во что она выльется. Благотворительный фонд возрождения усадьбы Храброво был создан в 2009 году по инициативе предпринимателя Николая Разбегаева. Он уладил почти все формальности с местными властями, которые горячо поддержали важный для региона проект. В июне 2010-го глава Дмитровского муниципального района распорядился предоставить фонду соответствующий земельный участок. Стороны подписали договор об аренде сроком 49 лет, документ был зарегистрирован в Росреестре. Цель предоставления участка прямо обозначена в постановлении главы администрации: для реконструкции и восстановления объектов культурного наследия на территории усадьбы Храброво. С учётом того, что от богатого некогда поместья осталась лишь полуразрушенная церковь, пруд и зелёные насаждения, работы предстояли масштабные. Вдобавок ко всему фонд взял на себя обязательство привести в порядок расположенную на территории усадьбы братскую могилу красноармейцев, погибших во время Великой Отечественной войны. Захоронение также признано объектом культурного наследия регионального уровня.
Следует отметить, что постановление главы района – не просто росчерк пера на листе бумаги. Оно было подписано на основании акта выбора земельного участка, под которым свои автографы поставили 14 должностных лиц – от чиновников районного и муниципального уровня до начальника местного подразделения ДПС, представителей «Мособлгаза» и «Ростелекома». Казалось бы, все согласования получены и фонд может спокойно приступить к реализации проекта.
Однако уже через год, в июне 2011-го, в связи с арендой лакомого земельного участка было возбуждено уголовное дело. Статьи – те, которые юристы называют «резиновыми», потому что при желании под них можно подвести едва ли не любую хозяйственную деятельность: ч. 3 ст. 30 УК РФ (приготовление к преступлению) и ч. 3 ст. 159 УК РФ (мошенничество). Тот факт, что дело возбудили в отношении неустановленных лиц, может говорить о многом. Дальше можно ничего не расследовать, а вот наложить арест на землю, которая тут же приобрела статус «спорной», – пожалуйста!
Собственно, следователь так и поступил, но Николаю Разбегаеву удалось успешно оспорить арест участка. Вот что сказано по этому поводу в кассационном определении Московского областного суда: «…наложение ареста на имущество совершается для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, указанного в ч. 1 ст. 104-1 УК РФ. Однако в постановлении следователя указаны иные, не предусмотренные законом основания для наложения ареста на имущество».
В общем, с самого начала эта история выглядела так, что помимо благотворительного фонда на территорию усадьбы претендует некий очень влиятельный интересант. В связи с этим нельзя не упомянуть, что уголовное дело в отношении неустановленных лиц, судя по всему, ничем не закончилось. Но появилось оно в весьма важный для фонда момент – когда шло согласование градостроительного плана для восстановления объектов усадьбы. В сентябре 2012 года план был утверждён главой городского поселения Яхрома Сергеем Дворниковым.
Прошли проверку
Юридические победы над оставшимся в тени оппонентом, безусловно, свидетельствовали о правомерной деятельности фонда в Храброво. Но дела у него, при всем при том, шли не вполне гладко. Сначала возникли сложности с привлечением средств для реконструкции усадьбы, затем, насколько можно понять, серьёзно пошатнулось здоровье Николая Разбегаева. Объект оставался в удручающем состоянии: заросший борщевиком, заваленный мусором, с разваливающимся памятником солдатам Великой Отечественной. В 2016 году знамя борьбы за восстановление усадьбы подхватила Екатерина Ладочкина, которая возглавила тонувший в долгах фонд на безвозмездной основе. Дальше началась непростая работа по ликвидации стихийных свалок, десятилетиями разраставшихся на месте бывшего дворянского гнезда. Новое руководство фонда организовало разбор буреломов и расчистку пруда, а ещё через два года началось восстановление утраченных построек усадьбы.
В течение последующих лет благодаря кропотливой работе в архивах и привлечению лучших экспертов в Храброво были воссозданы 16 исторических зданий. Параллельно, как это обычно бывает в таких историях, в надзорные органы начали поступать жалобы от «доброхотов». Причину нашли простую – дескать, у фонда отсутствует разрешение на строительство. Обвинение серьёзное, и потому в августе 2021 года Главгосстройнадзор Московской области провёл на территории усадьбы масштабную проверку. При этом ревизоры пришли к выводу об отсутствии в действиях фонда состава административного правонарушения. В постановлении, подписанном замглавы ведомства Тамерланом Алборовым, говорится следующее:
«В соответствии с ч. 1 ст. 5.1 Федерального закона от 25.06.2002 №73-ФЗ «Об объектах культурного наследия народов Российской Федерации» на территории памятника или ансамбля запрещаются строительство объектов капитального строительства и увеличение объёмно-пространственных характеристик существующих на территории памятника или ансамбля объектов капитального строительства; проведение земляных, строительных, мелиоративных и иных работ, за исключением работ по сохранению объекта культурного наследия или его отдельных элементов, сохранению историко-градостроительной или природной среды объекта культурного наследия».
В том же документе сообщается, что «Главное управление культурного наследия (ГУКН) Московской области в 2018 году в письме от 20.07.2021 № Исх-3977 указало, что строительство ранее утраченных элементов усадьбы ведётся в соответствии с действующим законодательством об объектах культурного наследия. «Таким образом, органом, осуществляющим контроль за соблюдением требований действующего законодательства на спорном объекте, согласовано проведение необходимых работ согласно соответствующего раздела проектной документации и мер по обеспечению сохранности указанных объектов культурного наследия, направленных на восполнение (восстановление) ранее утраченных элементов Усадьбы», – гласит постановление замглавы Главгосстройнадзора Московской области.
Ни одно из этих обстоятельств не стало препятствием для прокурорских работников, которые затем инициировали против фонда серию судебных процессов.
«Снести нельзя оставить»
Наибольшее рвение в борьбе с восстановлением усадьбы князей Оболенских, пожалуй, проявила районная прокуратура, которая начала действовать по заявлению частного лица – некоего Д.С. Гаврилова. Аргументы её выглядят следующим образом. Во-первых, спорный земельный участок относится исключительно к федеральной собственности, и потому у администрации Дмитровского округа якобы не было полномочий для передачи земли в аренду. Во-вторых, участок якобы используется не по целевому назначению за счёт строительства капитальных объектов.
Требования прокуратуры, заявленные в Дмитровском городском суде в защиту неопределённого круга лиц и Российской Федерации, звучали так: признать отсутствующим за фондом права аренды земельного участка; внести изменения в ЕГРН; признать объекты самовольными постройками и обязать фонд их снести. Однако суд отказался их удовлетворить, отметив, что истец выбрал неверный способ защиты права.
«Правовой способ защиты права, как признание права отсутствующим на договор аренды законодательством не предусмотрен, поскольку возможно только на объекты недвижимости, находящиеся в собственности. <...> Истцами выбран неверный способ признания постройки самовольной, по их мнению, заключающийся в исключении сведений об объектах капитального строительства и погашения записи об ипотеке в ЕГРН, который не ведёт к восстановлению нарушенных прав истцов», – гласит судебный акт.
Прокурор не согласился с таким раскладом, по его жалобе апелляционная инстанция отменила решение городского суда, признав договор аренды земельного участка незаконным, а постройки – самовольными. Однако Первый кассационный суд в июле 2025 года пришёл к выводу, что при рассмотрении дела в апелляции были допущены нарушения, и направил дело на новое рассмотрение в Московский областной суд.
Кассация указала на явные противоречия в этом деле, в том числе такое: исковые требования были предъявлены прокурором в интересах арендодателя – администрации Дмитровского городского округа. При этом в суде первой инстанции администрация участвовала в качестве ответчика, а не истца по делу. Нам трудно поверить, что прокурор мог по собственной воле создать такую абсурдную ситуацию.
Но дальше – больше. В сентябре 2025 года прокуратура ходатайствовала о приостановке рассмотрения дела в Мособлсуде, поскольку подала в Верховный суд РФ кассационные представления на определения Первого кассационного суда общей юрисдикции от 10 июля 2025 года. Насколько мы можем понять, прокуратура требовала забрать дело в высшую инстанцию, отменить определение кассации и «засилить» выводы апелляции. В то же время никаких свидетельств о том, что жалобы прокуратуры были рассмотрены Верховным судом, нам обнаружить не удалось. 15 декабря процесс продолжился в Московском областном суде, который определил передать дело для рассмотрения в арбитраж. Собственно, всё указывает на то, что с самого начала именно арбитражный суд должен был разбираться в этом хозяйственном споре. Но если так, то какова причина, по которой это дело вызвало такие неуклюжие, но весьма активные действия людей в погонах?
Закон – что дышло?
Вопреки беспристрастной позиции судей ВС РФ и Первого кассационного суда, ситуация вокруг усадьбы Храброво выглядит так, что все задействованные в ней структуры испытывают серьёзное давление. Мы видим, как в отношении неустановленных лиц из числа работников областного министерства культуры и администрации Дмитровского городского округа возбуждаются уголовные дела. Государственные структуры, которые не имеют претензий к фонду восстановления усадьбы Храброво, становятся ответчиками по искам, которые якобы поданы в защиту их интересов. О причинах всего этого долго размышлять не приходится: в 2016–2024 годах фонд вложил огромные средства в воссоздание исторических построек и в поддержание парковой зоны. По словам его представителей, ежемесячные расходы на содержание территории усадьбы достигают 2 млн рублей. Тот, в чьём ведении усадьба может оказаться в финале этой истории, явно найдёт способ монетизировать своё приобретение. Очевидно и то, что утрата такого объекта в результате сноса станет огромной потерей не только для Московского региона, но и для России в целом. Предотвратить эту трагедию может только вмешательство на уровне правительства страны.
Конкретно
В свете продолжающихся юридических баталий Благотворительный фонд возрождения усадьбы Храброво решил пойти на беспрецедентный шаг. Он готов передать воссозданный ансамбль архитектуры – все 16 строений, находящихся в собственности фонда, – на праве собственности в ведение Российской Федерации, в частности Министерству культуры РФ.
«Мы восстановили эти строения в течение восьми лет, привлекая лучших экспертов в сфере усадебных комплексов. Мы готовы отдать всё, что создано нашим трудом и средствами, чтобы сохранить историю русского дворянского общества для гражданского общества. Мы лишь просим прекратить действия, которые ставят под угрозу этот уникальный культурный объект», – заявила президент фонда Екатерина Ладочкина.
Просмотров: 53