При решении вопроса об изъятии транспортного средства у лиц, уличённых в управлении в состоянии опьянения, судебные органы обязаны выявлять фактического собственника машины, а не опираться исключительно на сведения из регистрационных документов.
На это указал Верховный суд РФ в кассационном определении, текст которого изучило агентство РИА Новости.
Основанием для разбирательства послужило уголовное дело жительницы Якутии. Женщину признали виновной в управлении автомобилем в нетрезвом виде при наличии административного наказания за аналогичное правонарушение (ч. 1 ст. 264.1 УК РФ). Ей назначили штраф в размере 200 тысяч рублей и лишили права управлять транспортом на два года. Само транспортное средство суд постановил передать законному владельцу, по бумагам им являлась мать осуждённой.
Это решение было оставлено в силе апелляционной и кассационной инстанциями. Однако Генпрокуратура подала возражения в Верховный суд, отметив следующее: суд не принял во внимание, что мать осуждённой владеет Toyota Allion лишь формально. Находясь на пенсии, она не имела финансовой возможности купить и обслуживать машину, не могла ею управлять. Фактическим собственником выступает сама фигурантка дела.
Как следует из материалов, с 2018 года автомобиль принадлежал возлюбленному осуждённой, в 2023 году был продан другу семьи, а тот спустя год вернул машину, оформив документы на мать подсудимой. также установлено, что в период с 2020 по 2024 год осуждённая шесть раз привлекалась к ответственности за нарушения ПДД при управлении этой же Toyota Allion.
Верховный суд подчеркнул: конфискации подлежит автомобиль, принадлежащий обвиняемому по ст. 264.1 УК РФ, при этом принадлежность машины устанавливается судом на основании доказательств. Инстанция также пояснила, что право собственности на транспортное средство возникает с момента его передачи приобретателю, а не с даты госрегистрации. Дело вернули в первую инстанцию.
