Дональд Трамп заявил, что Вашингтон готов работать над предоставлением Украине гарантий безопасности, и допустил возможность введения над страной бесполётной зоны. Эта идея обсуждается практически с самого начала российско-украинского конфликта, однако НАТО всё это время избегало даже теоретических обещаний реализовать подобный сценарий. Ситуация изменилась?
Причина раздумий Вашингтона заключается не только в политических рисках. С военной точки зрения создание бесполётной зоны над Украиной стало бы одной из самых сложных воздушных операций в современной истории. Для этого придётся задействовать сотни самолётов, десятки систем ПВО, тысячи военнослужащих и сложную систему управления, обеспечивающую полный контроль над воздушным пространством. Любой самолёт, нарушивший установленный режим, должен быть перехвачен, принуждён к посадке или уничтожен.
Контроль над небом
У США уже есть опыт создания бесполётных зон – в частности, две такие зоны появились после войны в Персидском заливе. Однако к тому моменту армия Саддама Хусейна уже потерпела поражение, в связи с чем контроль над воздушным пространством не представлял для американцев серьёзной проблемы. Позже аналогичные операции проводились в Боснии и Герцеговине, а также в Ливии. Как и в Ираке, США и их союзники не сталкивались там с противником, сопоставимым по возможностям авиации, противовоздушной обороны, радиоэлектронной борьбы и дальнобойного высокоточного оружия. Совсем другое дело – Украина. Россия располагает одной из самых развитых систем ПВО, современной авиацией и имеет возможность наносить удары далеко за пределами линии фронта. Потому повторить сценарии Ирака или Ливии здесь будет крайне сложно.
Первым этапом такой операции стало бы подавление российской системы противовоздушной обороны. А сделать это не так просто. Современная российская система ПВО – это не просто отдельные комплексы С-400, С-300В4, «Бук-М3», «Тор-М2» и «Панцирь-С1», это единая сеть, объединяющая десятки радиолокационных станций, самолёты дальнего радиолокационного обнаружения, средства радиоэлектронной борьбы и автоматизированные пункты управления. Информация от радаров, самолётов ДРЛО (дальнее радиолокационное обнаружение. – Ред.) и средств радио-электронной разведки непрерывно поступает в центры управления, формируя практически сплошное радио-локационное поле.
Дополнительная проблема состоит в том, что значительная часть российских средств ПВО размещена на территории России и Белоруссии. Следовательно, чтобы обеспечить безопасность авиации НАТО, США пришлось бы наносить удары далеко за пределами Украины. Однако даже успешное подавление части российской ПВО не означало бы взятие американцами украинского неба под полный контроль. Поскольку Россия располагает крупной авиационной группировкой, НАТО пришлось бы организовать круглосуточное патрулирование практически над всей территорией Украины. Для этого потребовалось бы дополнительно развернуть около 250–300 современных боевых самолётов – примерно 8–10 истребительных авиаполков.
Использовать только аэродромы Польши и Румынии при такой интенсивности боевых действий было бы невозможно. Следовательно, значительную часть авиации пришлось бы размещать непосредственно на территории Украины, для чего потребовалось бы модернизировать аэродромы, системы связи, управления и технического обслуживания.
Замглавы офиса Зеленского Игорь Жовква сделал достаточно резкое заявление на фоне обсуждений ряда европейских стран об отправке на Украину миротворцев.
Также существует распространённое мнение, что массовое появление в небе американских истребителей пятого поколения F-35 способно автоматически обеспечить США господство в воздухе. Однако Россия также располагает собственными истребителями пятого поколения – Су-57. Хотя их количество пока значительно уступает парку F-35 стран НАТО, потенциальное противостояние уже нельзя рассматривать как конфликт, в котором только одна сторона обладает безусловным преимуществом.
Технологии успеха
Также следует принять во внимание, что ключевую роль в подобных операциях играют вовсе не истребители, а самолёты дальнего радиолокационного обнаружения. Именно они контролируют воздушную обстановку на сотни километров вокруг, сопровождают сотни целей одновременно, распределяют их между ударными группами и координируют действия всей авиации. На вооружении США имеются такие самолёты – E-3 Sentry. Согласно открытым данным, в составе американских военно-воздушных сил насчитывается 31 самолёт E-3 Sentry, однако в рабочем состоянии могут находиться лишь 16 из них.
Не менее важны самолёты-заправщики. Без дозаправки современные истребители не способны часами находиться в зоне патрулирования и поддерживать постоянное присутствие над районом операции. Также для создания бесполётной зоны потребуются самолёты радиоэлектронной борьбы EA-18G Growler, разведчики RC-135, спутниковая группировка, беспилотники и многочисленные наземные центры управления. Только совместная работа всех этих элементов сможет обеспечить превосходство в воздухе.
Поэтому российская стратегия противодействия в случае попытки создать бесполётную зону наверняка будет строиться не столько на борьбе с истребителями, сколько на нарушении работы всей этой системы. Для этого могут использоваться средства радиоэлектронной борьбы, дальнобойные зенитные комплексы, вынуждающие самолёты ДРЛО и воздушные танкеры держаться подальше от линии фронта, а также истребители, вооружённые ракетами класса «воздух – воздух» большой дальности. Не менее важной задачей становится поражение аэродромов, центров управления, объектов спутниковой связи и другой критически важной инфраструктуры.
Кроме того, каждый боевой вылет требует дозаправки, технического обслуживания, замены вооружения и подготовки экипажа. Поэтому для постоянного патрулирования силами 40–50 самолётов необходимо иметь на земле парк примерно из 300–400 машин различных типов с учётом ремонта, подготовки и ротации. По экспертным оценкам, такая авиационная группировка потребует 80–100 тыс. военнослужащих, главным образом из стран НАТО.
Тем не менее даже полное господство в воздухе не гарантировало бы американцам контроль над украинским небом. Одновременно им пришлось бы развернуть полноценную эшелонированную систему ПВО. По оценкам экспертов, для прикрытия основных объектов потребовалось бы не менее 12–15 зенитных полков или бригад, оснащённых Patriot, SAMP/T. Однако сами зенитные комплексы – лишь часть системы. Им необходимы современные радары, автоматизированные пункты управления, защищённые линии связи, средства радиоэлектронной борьбы и тысячи подготовленных специалистов.
Наконец, даже успешно действующая бесполётная зона не защитит Украину от современных средств поражения. Крылатые ракеты Х-101 запускаются со стратегических бомбардировщиков, находящихся над территорией России, «Калибры» – с кораблей и подводных лодок в Чёрном и Каспийском морях, а баллистические ракеты «Искандер-М» применяются непосредственно с российских позиций. Поэтому классическая бесполётная зона сама по себе не защищает от дальнобойного высокоточного оружия. Для этого необходима отдельная система противоракетной обороны стратегического масштаба с использованием Patriot PAC-3, SAMP/T, NASAMS, IRIS-T SLM и других комплексов.
Потому стоимость подобной операции измерялась бы десятками миллиардов долларов. Но самое главное, что попытка создания бесполётной зоны автоматически перевела бы конфликт между Россией и Украиной на уровень выше, превратив его в полноценную войну между Россией и США.
