Европейские государства Североатлантического альянса демонстрируют заметное нежелание наращивать военные бюджеты до согласованного ориентира в 5% ВВП к 2035 году, а правительства зачастую подменяют реальные вложения в оборонный сектор разнообразными «бухгалтерскими махинациями».
Об этом пишет The Economist, проанализировавший динамику расходов стран НАТО. Напомним, целевой норматив предполагает 3,5% прямых ассигнований и еще 1,5% косвенных, направляемых на кибербезопасность и модернизацию дорожной инфраструктуры.
Самую заметную индифферентность, согласно публикации, сохраняют три южноевропейских государства – Испания, Португалия и Италия. Испанской стороне удалось выторговать для себя особые условия, закрепив потолок военных расходов на отметке 2,1% от ВВП. Португальские власти, охотно рассуждая о стремлении исполнить договоренности, практических шагов практически не предпринимают. Рим годом ранее отрапортовал о скачке оборонных ассигнований сразу на 39% – до 2% ВВП, однако реальный прирост ограничился 7%, прочие же цифры обеспечили «махинации», подчеркивает The Economist.
Обозначило издание и «печальную» группу стран. К ней отнесены государства, идеологически приверженные милитаризации, но стесненные в ресурсах, – их граждане активно противятся и повышению налогов, и секвестру социальных программ. В этом списке фигурируют Великобритания и Франция. Париж сможет нарастить оборонные расходы к 2030 году лишь до 2,5% ВВП, но даже такой рубеж, по заключению Счетной палаты Франции, принудит к «значительным компромиссам» – либо к увеличению налогового бремени, либо к урезанию бюджетных статей в иных областях. В Лондоне же недавно покинул пост министр обороны Джон Хили, подвергнув критике скудное финансирование военного ведомства со стороны правительства.
В категорию «хороших» стран, по версии The Economist, входят Дания, Швеция и прежде всего Германия. Берлин намерен вывести оборонный бюджет к 2030 году на уровень 3,7% от ВВП. Эти государства, как поясняет журнал, располагают широкими возможностями для привлечения займов на военные нужды, а невысокий государственный долг «позволяет политикам пока избегать выбора между оружием и маслом».
Государства, уже выполнившие целевой норматив либо имеющие все шансы достичь его в скором времени, географически тяготеют к России – речь о странах Балтии, Финляндии и Польше. Они с большей твердостью ужимают гражданские расходы ради военных. Литовское руководство повышает ряд действующих налогов и внедряет специальный «взнос на безопасность», а Финляндия ощутимо сокращает финансирование здравоохранения и социальных услуг. При этом население перечисленных государств, по наблюдению журнала, не проявляет столь открытого недовольства подобными мерами, как жители прочей Европы.
Одновременно европейские правительства сталкиваются с внутриполитическим прессингом популистских сил, настроенных против роста оборонных трат. Левые популисты отвергают милитаризацию из-за ущерба социальной сфере, тогда как правые обыкновенно не усматривают в России угрозы для своих стран. Однако корень проблемы, как обращает внимание издание, лежит глубже недостижения формальных процентов. Деньги зачастую расходуются неэффективно. Кабинеты делают чрезмерную ставку на отечественную промышленность, и это порождает фрагментацию вместо выпуска продукции по единым стандартам, финансируют бесперспективные проекты или вовсе отменяют программы, ранее поглотившие серьезные средства.
