В феврале МЧС потребовало от ООО «Башкирская медь» устранить нарушения на рудниках. Насколько можно понять, эти предписания до сих пор не исполнены. Вместо этого металлурги, на шахтах которых регулярно гибнут люди, решили судиться с надзорным органом. Остановка производства не за горами?
Названная «Башмедь» – крупное промышленное предприятие, которое снабжает рудой Уральскую горно-металлургическую компанию (УГМК). Металлурги регулярно оказываются в центре скандалов – на рудниках гибнут рабочие, надзорные органы то и дело находят там экологические и технологические нарушения. Вдобавок к этому несколько лет назад «Башмедь» спровоцировала крупный скандал в связи с расселением села Подольск, расположенного в Хайбуллинском районе республики.
Прямо под селом на глубине 600–800 метров находятся крупные залежи медно-цинковой руды. Говорят, что есть там и золото. В общем, место это сулит УГМК большие барыши, и потому в 2019 году подольчанам объявили о принудительном, по сути, выселении. В село лично приехал глава республики Радий Хабиров. Он появился перед местными жителями вместе с гендиректором «Башмеди» Александром Туленковым. По словам участников той встречи, им было прямо сказано: «Хотите или нет, но съехать вам придётся, потому что разработки будут». Конечно, силой никого из домов не выгоняли – люди уезжали сами, поскольку поняли: о нормальной жизни там следует забыть. Сейчас в селе осталось не так много народа, но страсти вокруг разработки месторождения не утихают до сих пор.
Претензий в адрес «Башмеди» звучало столько, что никого ими не удивишь. Однако весьма похоже, что теперь компания столкнулась с самыми серьёзными проблемами за всю свою историю – такими, которые способны поставить под вопрос её дальнейшую работу.
То ли не смогли, то ли не успели
Всего за один день, 25 мая, «Башмедь» подала в арбитражный суд сразу пять исков против ГУ МЧС по Башкирии. Металлурги пытаются оспорить предписания об устранении нарушений. Что именно обнаружили ревизоры, пока остаётся тайной. Однако мы знаем, что предписания были выданы вовсе не накануне, все они датированы 20 февраля этого года. Исполнить их, очевидно, не удалось.
Примечательно и то, что компания решила оспорить требования надзорников только сейчас. Время явно играет не в пользу металлургов, они просят суд восстановить сроки исковой давности. При этом арбитраж, как видится, воспринял всё это без особого энтузиазма. Все пять исковых заявлений оставлены без движения. Это означает, что предписания МЧС продолжают действовать, а поскольку они явно не исполнены, руководство «Башмеди» могут ждать серьёзные санкции.
В связи с этим мы не можем не вспомнить, что обстановка в башкирском Подольске в очередной раз обострилась весной прошлого года. Оставшиеся в селе люди жаловались во все возможные инстанции на круглосуточные взрывные работы, шум и пыль от рудовозов. Люди сообщали и о развязном поведении вахтовиков, из-за которого многим было страшно выходить на улицу. Временных рабочих поселили в домах, которые компания выкупила по сходной цене у местных жителей. Местные СМИ писали, что вахтовики регулярно устраивали пьяные драки, приставали к местному населению, домогались до женщин.
Характерный для Европы высокий уровень жизни рискует оказаться под угрозой, если местные политики не будут больше работать над поддержанием благосостояния.
Люди недоумевали: «Может, они и взрывные работы проводят в таком состоянии? Кто за ними следит?» После того как в 2023 году пьяный водитель рудовоза въехал в жилой дом, повредив газовую трубу, в Подольске уже ничему не удивляются. Контроль за вахтовиками осложняется тем, что с формальной точки зрения многие из них, по-видимому, не являются работниками ни «Башмеди», ни других структур УГМК. Рабочие, как это часто бывает, трудоустроены в подрядных организациях – различных фирмах и фирмочках, которые сегодня работают, а завтра – ищи-свищи. Удобный способ, чтобы при случае спихнуть ответственность на сторону.
В 2024 году «Башкирская медь» обвинила одного из таких подрядчиков в пожаре, который повредил дорогостоящую установку на промплощадке в деревне Петропавловский, расположенной недалеко от Подольска. Оператор рудника безуспешно пытался взыскать с подрядной фирмы 13,2 млн рублей убытков. Читаешь дело – там просто песня!
По версии истца, находясь на его объекте под землёй, работники ответчика самовольно подключили 20-метровый удлинитель к другому, который находился в помещении компрессионной бетонной установки. Дальше что-то пошло не так, и установка сгорела – да так, что дознаватели не смогли установить точную причину происшествия. Не смогли они выяснить и то, в каком состоянии установка находилась до пожара, поскольку журнал периодического осмотра оборудования сгорел вместе с ней. Более того, в ходе судебного процесса выяснилось, что ответственный за пожарную безопасность сотрудник «Башмеди» не сразу сообщил о пожаре в компетентные органы. Очевидно, что руководство компании стремится скрыть любое происшествие, если обстоятельства позволяют это сделать.
Империя без хозяина
Работником подрядной организации числился и слесарь, погибший в сентябре 2023 года на подземном руднике Юбилейного месторождения. Мужчину раздавило – он был зажат между погрузочно-доставочной машиной и бортом горной выработки. У машины была неисправна система предотвращения столкновений, и потому суд пришёл к выводу, что руководство ООО «Башкирская медь» не обеспечило требования промбезопасности на опасном производственном объекте. В пользу семьи погибшего суд взыскал 800 тыс. рублей – копейки на фоне многомиллиардных оборотов компании. Вероятно, поэтому трагические случаи на рудниках происходят регулярно.
В июле 2021 года на строящемся руднике «Башмеди» погиб машинист погрузочно-доставочной машины – мужчину завалило горной породой на глубине 340 метров. В 2017 году на руднике в Сибае на глубине 509 метров произошёл взрыв аммония, в результате чего погиб один рабочий, другой получил ожоги 90% тела. Во всех перечисленных случаях возбуждались уголовные дела, но на положение руководства компании они никак не повлияли. Теперь оно пытается оспорить неисполненные предписания МЧС, которые, как мы поняли, связаны с серьёзными нарушениями, способными унести не одну человеческую жизнь. Что именно выявили февральские проверки на рудниках, мы скоро узнаем.
«Наша Версия» будет следить за развитием судебных процессов, которые руководство предприятия инициировало в Арбитражном суде Башкирии.
Конкретно
Ситуация с промышленной безопасностью и экологией на предприятиях УГМК могла обостриться после смены собственника и структуры управления в 2023-м. Летом того года компания перестала быть управляющей организацией на трёх своих ключевых предприятиях: Челябинском цинковом заводе, Среднеуральском медеплавильном заводе и заводе «Святогор». С формальной точки зрения предприятия вышли из-под управления материнской компании, однако их руководителями были назначены топ-менеджеры УГМК, которые и так курировали их деятельность.
Годом ранее этот один из крупнейших металлургических холдингов России сменил собственников. Кто именно является держателем его акций сейчас, понять сложно: информация закрыта в связи с санкциями. До июля 2022 года ключевыми лицами УГМК были миллиардеры Искандар Махмудов, Андрей Бокарев и Андрей Козицын. По данным СМИ, Махмудов и Бокарев контролировали 85% акций УГМК через кипрский офшор Selmareco Limited. На фоне введения западных санкций против российских предприятий было объявлено, что они более не являются бенефициарами уральской компании. Махмудов и Бокарев также покинули её совет директоров.
