Два синхронных, один за другим, визита в Пекин президентов США и России – в первую очередь демонстрация статуса. Ядерные сверхдержавы договариваются в интуитивно понятном всякому русскому формате «на троих», не приглашая за стол посторонних. Евросоюз с Глобальным Югом томятся в предбаннике. При этом не так уж важно, о чём удалось договориться в Пекине, а о чём – нет. Это как рыбалка с участием членов Политбюро – не важно, чего и сколько поймали, важней, кто присутствовал.
Из примечательного и даже, наверное, знакового: Трамп повёз с собой в Поднебесную весь цвет американского бизнеса. А Путин – своих управленцев. Договаривались изначально о разном, в итоге о разном и договорились. «Сравнил подписанные российско-китайское и китайско-американское соглашения, – расставляет точки над «ё» политолог Илья Гращенков. – Главное отличие: у России и Китая – более политико-институциональная «упаковка», у США и Китая – меньше декларативного союза, но больше конкретных товарных сделок». Другими словами, Китай и Америка наращивают торговое партнёрство, в то время как у России с Китаем складывается партнёрство принципиально иного характера. «Россия и Китай подписали большой политический документ о дальнейшем укреплении стратегического взаимодействия», – отмечает Гращенков. Можно спорить, кто извлечёт больше выгоды из такого взаимодействия, но сам факт этого взаимодействия сомнений не вызывает. Пример? Мы его уже не раз приводили – Тихоокеанский флот. В советские времена для флотских офицеров это был карьерный тупик, хуже бесперспективного Каспия. А сегодня на ТОФ прямиком уходят практически все военно-морские новинки, о которых Северный и Балтийский флоты могут только мечтать. Да, это выгоднее китайцам, чем нам. Но стратегическое двустороннее взаимодействие значительно шире рамок одного Тихоокеанского флота.
Поразительно, но сути происходящего у нас, по всей видимости, ещё не все понимают. Свидетельством тому – реакция российской прессы на визит Путина. «Если провалившийся визит Трампа в Пекин наши СМИ обсуждали чуть ли не со спецвключениями, то в отношении собственного президента, посетившего КНР вместе с вице-премьерами, министрами и главами ведущих компаний, – тишина», – изумляется экономист Никита Кричевский. На Западе, впрочем, реакция принципиально иная. «Газета The Guardian обращает внимание, что Трампа встречал зампред КНР, лицо церемониальное, а к трапу Путина приехал министр иностранных дел Китая, один из наиболее влиятельных политиков, – продолжает Кричевский. – Телекомпания ABC News отмечает, что Путин остаётся единственным мировым лидером, которого Си называет «давним другом», признавая влияние нашего президента. Телеканал CNN сообщил, что стратегический характер отношений и высшая степень доверия – «завуалированный выпад в адрес США». А германский журнал Der Spiegel добавляет, что Европа не может рассчитывать на такое же сотрудничество с Поднебесной». «Мне одному кажется странным столь лёгкое отношение наших СМИ к национальному лидеру?» – резюмирует эксперт. А просто у всех свои мерки. Кто-то всё мерит только деньгами, совершёнными сделками и материальной выгодой. А кто-то во главу угла ставит геополитический расчёт. Отсюда и разница в оценках итогов визита.
На сегодняшний день стратегическая инициатива находится в руках российской армии. И ситуация на фронте должна заставить киевские власти закончить конфликт мирными средствами.
Версия 1
Визит был удачным
Страны, хотя и неспешно, расширяют гуманитарное сотрудничество: 57 тыс. китайских студентов в России и 21 тыс. российских – в Китае. Больше вовлечённых – шире взаимопонимание. Договорились обустроить ещё один железнодорожный маршрут – прекрасно, уходят в прошлое былые предрассудки (раньше считалось, что такие дороги повышают опасность военного вторжения, причём опасались последствий строительства одновременно и в Москве, и в Пекине). Главное, впрочем, не это – для Китая критически важно российское военное присутствие на Тихоокеанском театре. Все крупные учения Народно-освободительной армии Китая (НОАК) последнего времени – совместные с нашей страной. Так формируется зависимость от партнёра. Важно и то, что Москва и Пекин продолжают координировать внешнеполитическое взаимодействие, нынче это дорогого стоит. Маловато будет? «Радуйся, дурак, малому, – поучал император Пётр Алексашку Меньшикова, – тогда и большое придёт!»
Версия 2
Американцам привалило больше
Вашингтон и Пекин не помышляют о долгосрочном стратегическом партнёрстве, отнюдь, но их взаимодействие обеспечивается не менее убедительной подоплёкой, принципом конструктивной стратегической стабильности. Договоры заключают на трёхлетний срок, а затем продлевают, как правило. Принцип работает: действуют двусторонние консультационные советы по торговле и инвестициям. Но в Америке всё равно недовольны: китайцы намеревались купить 500 пассажирских боингов, а купили в итоге всего 200. Обязались покупать американскую сельхозпродукцию, но всего на 17 млрд в год. Так окончательно не договорились и о тарифах (планировали снижение, но в чём-то опять не сошлись). Короче говоря, в вопросах купли-продажи кое-какие подвижки у китайцев с американцами заметны, но вот что касается вопросов внешней политики – тут намного сложнее. В Тегеране и Тайбэе соврать не дадут.
Версия 3
Лиха беда начало
Три сверхдержавы, по сути, начали передел мира. Договорились о чём-то – уже хорошо, дальше – больше. Оба визита в Пекин – и Путина, и Трампа – по сути своей – демонстрационные. Взрослые договариваются, дети обождут, придёт время – их поставят в известность. Отсюда и лёгкая истерика в европейской прессе – не такого передела мира ждали в Старом Свете. Определённо англичане ещё попытаются всем испортить обедню, нам – на Украине и в Прибалтике, американцам – на Ближнем Востоке, а китайцам – в отношениях с Австралией, например. Но эта их активность уже ничего не изменит, за стол их не приглашают – и не пригласят.
