Бывшая глава Национальной разведки США Тулси Габбард доводила до сведения президента Дональда Трампа свои опасения относительно возможных последствий в случае силовой акции против верховного лидера Ирана Али Хаменеи.
В своей оценке она исходила из того, что подобный шаг способен спровоцировать ужесточение позиции Тегерана, ускорить продвижение в области ядерных разработок, спровоцировать перекрытие Ормузского пролива, а также создать угрозу для американских военнослужащих и союзных сил в регионе.
В то же время премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху и приближённые советники американского лидера, напротив, представляли Иран как государство, находящееся в наиболее уязвимом состоянии за последние десятилетия, и склоняли президента к решительным действиям. Вице-президент США Джей Ди Вэнс выступал за предоставление дополнительного времени для дипломатического урегулирования, тогда как высшее военное командование обращало внимание на возможные потери среди личного состава, дефицит вооружений и проблемы с поддержанием боевой готовности.
Ранее официальный представитель иранского внешнеполитического ведомства Эсмаил Багаи заявлял, что Тегеран считает государства, размещающие у себя американские военные контингенты, в качестве сторон, вовлечённых в ближневосточный конфликт, и предупреждал, что военные объекты на территории этих стран могут рассматриваться как легитимные цели для ударов. При этом он выразил надежду, что власти данных государств предпримут соответствующие превентивные меры.
В августе министр финансов США Скотт Бессент анонсировал вступление конфликта с Ираном в заключительную фазу, охарактеризовав наступление 24 августа как день «Д» в экономическом противостоянии. Отмечалось, что США окажут самое масштабное финансовое давление, когда-либо применявшееся против противника.
