Что стоит за кадровыми перестановками в Минобороны
Генеральный план
Командующий группировкой «Центр» Валерий Солодчук перешёл в Министерство обороны на пост замминистра, где будет отвечать за армейский тыл. Его место занял командовавший «Востоком» Андрей Иванаев, чью прежнюю должность временно занял начальник штаба группировки генерал-лейтенант Пётр Болгарев. Одновременно отдельную вертикаль получили войска беспилотных систем – их возглавил генерал-полковник Денис Лямин.
Но главные изменения произошли внутри военного ведомства. Вместе с назначением Солодчука перераспределились обязанности между заместителями министра. Александр Санчик, ранее отвечавший за материально-техническое обеспечение Вооружённых сил, теперь будет заниматься организацией заказов вооружения и военной техники и техническим обеспечением войск. А курировавший эти вопросы Алексей Криворучко теперь сосредоточится на развитии перспективного вооружения и военной техники.
С дальним прицелом
Самым показательным назначением стал переход Валерия Солодчука с должности командующего группировкой «Центр» в аппарат Минобороны. Теперь ему предстоит руководить системой, которая должна обеспечивать всю Российскую армию. Учитывая количество нареканий относительно снабжения боевых частей, его назначение показывает: в Кремле согласились поручить решение проблемного вопроса тому, кто на собственном опыте, а не по бумагам знает, в чём нуждаются войска.
На этом фоне становится понятным и перераспределение полномочий Александра Санчика, ранее отвечавшего за материально-техническое обеспечение Вооружённых сил. Разница между его задачами и задачами Солодчука принципиальна. Один должен организовать работу так, чтобы армия получила необходимую технику и вооружение, другой – чтобы эти ресурсы вовремя дошли до войск и поддерживали их боеспособность. Это особенно важно при подготовке к затяжному конфликту. Армии недостаточно просто производить больше оружия. Нужно понимать, чего именно не хватает, в каком количестве, на каком направлении и в какие сроки.
Вот и уточнение полномочий Алексея Криворучко говорит о стремлении Минобороны разделить задачи текущего конфликта и подготовку к следующему этапу. Армия, полностью сосредоточенная на сиюминутных задачах, рискует через несколько лет столкнуться с оружием, от которого она не будет иметь защиты. Поэтому перспективные разработки необходимо сохранять даже в условиях огромных текущих расходов.
В итоге формируется понятная конструкция: Солодчук отвечает за сегодняшний тыл, Санчик – за текущие заказы и техническое обеспечение, Криворучко – за перспективные образцы вооружения. Такая схема имеет преимущество: она позволяет чётче распределить персональную ответственность. Для большой бюрократической системы это принципиально. Чем меньше пересекаются полномочия, тем сложнее объяснять неудачу тем, что «за это отвечал другой».
«Центровые»
Уход Солодчука с должности командующего «Центром» требует отдельного объяснения. Он покидает группировку в момент, когда перед ней стоит одна из наиболее сложных задач. После взятия Покровска российскому командованию необходимо было развивать достигнутый успех. Одним из важных направлений стало Доброполье, однако быстро развить продвижение не получилось. Можно предположить, что затянувшиеся боевые действия на этом направлении стали одним из факторов кадрового решения. Однако связывать перевод Солодчука только с результатами наступления было бы неправильно: в армии подобные решения редко имеют одну причину.
Андрей Иванаев переходит из «Востока» в «Центр», и это, пожалуй, наиболее прозрачный сигнал среди нынешних назначений. Командующего, которому приписывают хорошие результаты на одном направлении, переводят туда, где от армии ждут большего. При Иванаеве группировка «Восток» добилась заметного продвижения, и теперь ожидается, что Иванаев сможет перенести этот опыт на «Центр».
После ухода Иванаева Москва не стала устраивать на «Востоке» новую перестройку. Исполняющим обязанности командующего назначен генерал-лейтенант Пётр Болгарев, который до этого руководил штабом группировки. Решение выглядит сознательно осторожным. Болгарев знает систему изнутри, знаком с подчинёнными, понимает работу штаба и текущую обстановку. Поэтому уход Иванаева не должен автоматически привести к разрушению сложившейся системы управления. Логика здесь проста: там, где система показывает результат, её лучше не ломать. Там же, где от неё требуется большего, можно менять руководителя. В этом смысле кадровая политика руководства страны выглядит достаточно прагматичной.
Генерал беспилотников
Самое перспективное назначение получил Денис Лямин. Ему предстоит заниматься не отдельным участком фронта, а направлением, которое способно определить характер будущих боевых действий. Войска беспилотных систем формируются как новый род войск, и теперь перед Ляминым стоит задача превратить множество уже существующих подразделений в единую военную систему.
Долгое время беспилотные силы в Российской армии развивались «снизу». Отдельные подразделения самостоятельно искали аппараты, меняли их конструкцию, экспериментировали с боевой нагрузкой, программным обеспечением и тактикой применения. Такая система имела свои плюсы, позволяя оперативно снабжать дронами отдельные части. Однако на уровне армии в целом мог получаться раздрай. Поэтому создание войск беспилотных систем имеет глубокий смысл – речь идёт о попытке превратить стихийно возникшую технологическую среду в полноценный военный институт.
Задача Лямина заключается не только в увеличении количества дронов. Ему предстоит связать разведывательные, ударные и вспомогательные БПЛА с артиллерией, разведкой, другими огневыми средствами и командными пунктами. Если войска беспилотных систем превратятся в ещё одну бюрократическую вертикаль, которая будет просто распределять собственные ресурсы, эффект окажется ограниченным. Если же они станут инфраструктурой, связывающей различные элементы армии в единую систему, значение нового рода войск будет значительно выше.
Именно скорость принятия решений и внедрения технологий может стать для Лямина самой сложной проблемой. Беспилотная война развивается быстрее традиционного военного производства. Новая камера, аккумулятор, система управления, навигационный модуль или программное решение способны изменить возможности аппарата за считанные недели. Однако военная бюрократия привыкла к другому ритму – новая техника может месяцами проходить испытания и согласования, появляясь в войсках, когда технологии уже ушли далеко вперёд. Поэтому Лямину предстоит создать не просто систему производства и применения БПЛА, а механизм постоянной адаптации. В этом смысле войска беспилотных систем могут стать испытанием для всей Российской армии: насколько быстро она способна получать информацию с фронта, перерабатывать её и возвращать туда уже изменённые технологии и тактику.
Конкретно
Нынешние перестановки показывают попытку Кремля и главы Минобороны Андрея Белоусова разделить огромную военную систему на более чёткие зоны ответственности. Фактически речь идёт о перестройке армии под конфликт, который оказался значительно длиннее, чем предполагалось в его начале. Потому предпринимается попытка перестроить сам механизм работы военной машины – от определения потребностей войск и производства вооружений до их доставки на фронт, применения и создания следующего поколения техники. Если эта система сможет заработать быстрее, нынешние перестановки окажутся не просто кадровой ротацией, а частью более крупной реформы управления армией.
Просмотров: 155