За что латвийские власти преследуют Виктора Гущина
«Здесь ищут врагов, а не союзников»
По словам Гущина, признаки того, что против него готовятся определённые действия, появились задолго до задержания. Он напоминает, что ещё в феврале 2024 года в магазинах Polaris были сняты с продажи его книги по истории Елгавы. Затем, в декабре того же года, на портале Delfi появилась публикация, где среди нежелательных для распространения в Латвии книг была упомянута его работа «Постсоветская Латвия – обманутая страна». Летом 2025 года его имя прозвучало в программе Nekā personīga, а в августе сотрудники СГБ посетили Елгавский музей истории и искусства имени Гедерта Элиаса и потребовали убрать из продажи его книги.
«Задолго до 17 декабря 2025 года было несколько весьма явных сигналов, которые указывали на то, что что-то готовится», – пишет историк. По его мнению, все эти события были звеньями одной цепи и свидетельствовали о растущем внимании спецслужб к его деятельности.
Особенно подробно автор письма описывает день своего задержания. Утром 17 декабря он собирался ехать на дачу к своей матери, которой в мае исполнилось 95 лет и которая нуждается в постоянном уходе. Как пишет Гущин, он ежедневно или через день привозил ей продукты и воду, топил печь, готовил еду и помогал по хозяйству.
«Ещё не рассвело полностью, и я не обратил внимания на чёрный бусик, который стоял на стоянке напротив подъезда. Мне нужно было сначала выбросить мусор, но только я повернул, чтобы идти в нужном направлении, как услышал окрик: „Гущина kungs!“» – вспоминает он. По словам историка, к нему подошёл сотрудник СГБ, представившийся следователем Сандисом Булсом, сообщил о возбуждении уголовного дела и объявил о задержании. «У меня сразу изъяли телефон и сумку с документами. Не было и речи о том, что я могу позвонить родственникам или адвокату. Мне надели наручники, посадили в бус и отвезли в Елгавское городское отделение СГБ», – пишет Гущин.
Там ему сообщили, что подозрение связано с публикацией статьи на российском сайте «Ритм Евразии» в октябре 2023 года. Согласно позиции следствия, этот ресурс контролируется Фондом стратегической культуры, включённым в санкционный список Европейского союза.
Однако сам историк считает обвинение необоснованным. Он ссылается на выводы Латвийского комитета по правам человека, представители которого, по его словам, изучили соответствующие документы ЕС. «К веб-сайту „Ритм Евразии“ Регламент ЕС никаких претензий не предъявляет. Соответственно, для возбуждения против меня уголовного дела никаких законных оснований не было», – утверждает Гущин.
После задержания последовали обыски в квартире историка и на даче. Он убеждён, что сотрудники СГБ рассчитывали обнаружить материалы, которые могли бы его дискредитировать. Вместе с тем больше всего автора письма тревожит судьба его научного наследия.
«Но крамолы на моём компьютере никогда не было, зато хранится очень большая коллекция архивных документов и фотографий по истории Елгавы. За судьбу этих документов и фотографий, а также за судьбу примерно 12 новых книг, над которыми я работал в последние годы, я очень переживал и переживаю до сих пор», – пишет он.
Размышляя уже в заключении о причинах возбуждения дела, Гущин задаётся вопросом, почему статья, опубликованная осенью 2023 года, привлекла внимание правоохранительных органов только спустя более двух лет. По его мнению, ответ следует искать в отношении латвийских спецслужб к национальным меньшинствам.
В письме он подробно вспоминает историю с Днями русской культуры, которые в своё время подвергались критике со стороны Полиции безопасности. «ПБ продолжала упорствовать в своей негативной оценке ДРК. Тогда инициаторы этого проекта обратились за поддержкой к президентам Латвии В. Затлерсу и А. Берзиньшу. Только после этого ПБ перестала связывать ДРК с угрозой национальной безопасности Латвии», – отмечает историк.
Ещё одним примером он называет ситуацию вокруг Совета общественных организаций Латвии. По мнению Гущина, СГБ годами формировала у общества негативное восприятие этой площадки, несмотря на то что в неё входили официально зарегистрированные организации национальных меньшинств.
«И пример с Днями русской культуры, и пример с СООЛ свидетельствуют о крайне негативном отношении ПБ-СГБ к национальным меньшинствам Латвии и к демократии вообще. ПБ-СГБ на протяжении уже многих лет стремятся очернить национальные меньшинства Латвии, пытаясь создать сомнения в законном характере их деятельности», – пишет он.
Отдельная часть письма посвящена работе латвийских судов. Гущин напоминает, что вопрос о мере пресечения пересматривался дважды, однако каждый раз суд отказывался заменить арест на более мягкую меру.
«Хотя, как установил Латвийский комитет по правам человека, статья 84.1 Уголовного закона Латвии ко мне не может быть применима, так как не было нарушения международных санкций ЕС, судья И. Миллере каждый раз принимала решение отказать мне в замене ареста на другую санкцию, не связанную с арестом», – говорится в письме.
Историк также считает, что перед рассмотрением вопроса о продлении ареста общественное мнение намеренно подготавливалось к сохранению самой жёсткой меры пресечения. Он обращает внимание на многочисленные упоминания своей фамилии в отчёте СГБ за 2025 год и утверждает, что перед одним из заседаний суда служба безопасности на протяжении двух недель распространяла информацию, формировавшую негативное отношение к нему.
Не менее резко Гущин высказывается и о латвийской системе уголовного судопроизводства в целом. «Сразу скажу, что человеку, который раньше никогда не сталкивался с уголовным судопроизводством в Латвии и, что называется, юридически не подкован, сделать это будет крайне трудно, если вообще возможно. Мой относительно небольшой опыт участия в судебных заседаниях показывает, что суд ни в грош не ставит аргументы стороны защиты, полностью при этом поддерживая пресловутые „подозрения“ стороны обвинения», – пишет он.
В завершение письма историк обращается к словам бывшего президента Латвии Андриса Берзиньша о необходимости искать союзников, а не врагов.
«Полностью согласен с этими словами. Но пока, к сожалению, в Латвии всё происходит по-другому. Здесь ищут врагов, а не союзников. Это прямо сказывается и на делах, подобных моему», – считает Виктор Гущин.
По мнению историка, изменить ситуацию можно только в том случае, если деятельность правоохранительных органов и судов будет находиться под более жёстким общественным контролем, а подобные процессы станут предметом широкого общественного обсуждения.
Просмотров: 84