Юрий Жданов объяснил отсутствие помощи Ирану со стороны Китая
В режиме выжидания
По оценке Юрия Жданова, в теории Иран мог бы опереться на Москву или Пекин, с которыми у него уже давно сложились прочные деловые отношения. Однако КНР целенаправленно не вмешивается в происходящее на Ближнем Востоке и не помогает своему партнеру по БРИКС, когда Иран так нуждается в поддержке. Позиция Москвы тоже достаточно сдержанная, но аналитики связывают ее с украинским конфликтом, в урегулировании которого участвуют США. Что касается Китая, в его случае столь же очевидного объяснения нет.
Россия и Китай осудили действия Вашингтона и инициировали заседание Совбеза ООН, однако Тегеран, вероятно, ждал от них не этого. К тому же, если Москве не стоит открыто вступать в конфронтацию с США по ближневосточному вопросу, чтобы не сорвать переговорный процесс по Украине, у Китая, напротив, есть причины для более активного участия в событиях в Иране:
«Во-первых, Китаю было бы полезно испытать на поле боя свои системы ПВО, истребители и противокорабельные ракеты, которые создавались именно против американского оружия. <…> Во-вторых, Иран для Китая – важный экономический партнер. В прошлом году на иранские поставки приходилось 13% всего импорта нефти на китайский рынок, а через Ормузский пролив проходит треть нефтяных и четверть газовых поставок в КНР. <…> В-третьих, Китай не только сам себя позиционирует, но и всем миром рассматривается как кандидат на глобальное лидерство. Собственно, страх этой конкуренции и стал главной движущей силой агрессивной внешней политики Трампа», – пояснил Юрий Жданов.
«Друзья», а не союзники
Как обращает внимание эксперт, Китай предпочитает никого не называть официально своими союзниками, вместо этого заверяя другие страны, в том числе, и Россию, в «дружбе без границ». Такая формулировка ни к чему не обязывает:
«Китай не впервые не спешит бежать на помощь своим стратегическим партнерам: России – на Украине, Мадуро – в Венесуэле, Пакистану – в войне с талибами. И это не проявление слабости. Военная поддержка дружественных режимов никогда не была для Пекина частью стратегии по достижению мирового лидерства».
К тому же, на Ближнем Востоке Пекин сотрудничает не только с Ираном, но и, например, с Саудовской Аравией, а также с компаниями из стран Персидского залива в других государствах, имеет большой товарооборот с ОАЭ и связи с Израилем. А в апреле в Китай может приехать президент США Дональд Трамп. И в КНР не готовы поставить все это на карту ради поддержки Ирана.
Сейчас, пока в Овальном кабинете остается Трамп, Пекин стремится избежать крупномасштабной торговой войны с Вашингтоном и эскалации по другим спорным вопросам. Кроме того, его цель – укрепить лидирующие позиции по редкоземельным металлам и получить максимум от западных технологий, к которым пока еще имеется доступ, развивая импортозамещение. Еще одно направление – укрепление собственных позиций на международной арене.
Учитывая, что Китай – главный покупатель иранской нефти, даже в случае смены режима в Тегеране Пекин останется при своем интересе.
Далеко идущие последствия
Примерно 90% нефти из Ирана идут в Китай, причем зачастую на льготных условиях. Сейчас это стало проблемой. Судоходство в Ормузском проливе, через который идет весомая доля мировых поставок нефти, фактически встало на паузу. Скачок цен на нефть больно ударил по азиатским странам. Для Китая повышение стоимости энергоносителей сопряжено с реальными политическими рисками. Если кризис затянется, он ощутит это на себе более остро, чем США.
Еще один важный момент – невмешательство Китая в ситуацию на Ближнем Востоке ставит под сомнение надежность Пекина, поскольку очевидно, что он стремится защищать только собственные интересы. И его действующие или потенциальные партнеры могут задаться вопроса, не бросит ли Китай и их, как это случилось с Ираном и Венесуэлой.
По мнению аналитиков, иранский конфликт может отразиться на политике Китая. Вероятно, власти постараются еще больше закрутить гайки – ужесточить контроль и усилить меры безопасности, чтобы не допустить распространения кризиса.
Аргументы «за»
Как считает Юрий Жданов, у Китая есть причины для проявления более активной позиции по Ирану. Одна из них – амбиции президента США Дональда Трампа, вознамерившегося перекроить мировой порядок:
«Задачи американцев в противостоянии с Китаем ясны и просты: отрезать Поднебесную от независимых источников сырья, взять под полный контроль основные торговые пути на море, а также крупнейшие месторождения энергоносителей и других важнейших ресурсов. Стратегическая цель – вернуть Китай к статусу усердно трудящейся под полным контролем США «мировой фабрики», абсолютно зависимой от американской стороны в вопросах сырьевых поставок и технологий, при этом не имеющей каких-либо геополитических и глобальных экономических амбиций. Понятно, что для Пекина подобная перспектива никоим образом неприемлема».
Эксперт предупредил о необходимости остановить США уже сейчас, поскольку потом станет слишком поздно.
К слову, Ирану предложили один из вариантов асимметричного ответа на агрессию США: по мнению канадо-китайского педагога, историка и теоретика в области геополитике Цзяна Сюэциня, Тегерану достаточно ударить по опреснительным станциям в странах Персидского залива и вывести их из строя. Водных ресурсов у них крайне мало, и 60% пресной воды в этих государствах получают путем опреснения морской воды, а 80% продовольствия импортируется. Для такой операции нужны минимальные ресурсы, ведь один дрон может оставить без воды миллионы людей. В этом случае всем станет не до нефти – на Ближнем Востоке разразится гуманитарная катастрофа.
Просмотров: 97