Почему к ракетному удару по Кирову оказались не готовы ни губернатор, ни мэр, ни глава крупнейшего оборонного предприятия?
Авось с шестью погибшими
Как объявил Соколов у себя в соцсетях, «с 30 июля начинаем масштабное информирование людей о порядке действий при угрозах». Теперь жителей Кировской области будут предупреждать о ракетной опасности и атаках беспилотников с помощью СМС-рассылок. Абсолютно обыденное для многих регионов нашей страны, но на Вятской земле руки до него до-шли только сейчас – лишь тогда, когда появились жертвы.
Утром 24 июля, примерно в 6 часов 45 минут, Киров подвергся ракетной атаке, удар пришёлся по крупному промышленному объекту. Едва ли не сразу власти сообщили о 6 погибших и 26 раненых. Пожар на заводе тушили почти до вечера, в городе из-за этого образовались многокилометровые пробки.
Пострадало не только предприятие – во многих жилых домах взрывом повыбивало стёкла. В северной части города мгновенно исчезли вода и свет. Среди напуганных людей поползли самые невероятные слухи – о десятках трупов и сотнях раненых. Кировчане в панике обзванивали морги и больницы в поисках родных. На станцию переливания крови ломились добровольцы, готовые стать донорами для пострадавших. В официальные цифры, похоже, никто не верил.
Масла в огонь подлила сонная реакция на атаку со стороны областной и городской власти. Официозные СМИ в оцепенении бормотали о «хлопке» в районе неназванного завода и цитировали губернатора, который поспешил заявить в соцсетях, что «ситуация находится под контролем». Пользователи тут же начали спрашивать его, почему перед ударом не включили сирены. Жители окрестных домов узнали о ракетном ударе по факту. «Проснулась от ужасного грохота, меня даже на кровати подбросило», – рассказывает местная жительница. «Мой ребёнок должен был там стоять на остановке в это время. Задержался, повезло. Оповещения не было. А если бы он пострадал?» – написала Соколову другая кировчанка. Никакого ответа из первых рук она, понятное дело, не получила. Далее, как обратила внимание местная газета «Репортёр», такие комментарии попросту стали исчезать со страницы главы региона.
Однако вопросы по поводу отсутствия сигнала тревоги у кировчан остались. Более того, рискнём предположить, что за прошедшие недели недоумения от действий чиновников у них лишь прибавилось. «Разве прокуратура не должна провести проверку, почему мирные жители не были предупреждены об опасности? Что происходит?» – спрашивает другой пользователь соцсети. «Во всех регионах СМС-оповещения приходят и сирены работают, а у нас, видимо, на это ресурса или мозгов не хватает!» – подхватывает другой. Ни о каких проверках в отношении правительства Кировской области и администрации города Кирова в связи с молчащими сиренами мы до сих пор не услышали.
«Никогда такого не было, и вот опять»
С не вполне внятной реакцией ответственных лиц на ракетную атаку хорошо рифмуются слухи о том, что 24 июля губернатор Александр Соколов находился в отпуске. Мы вынуждены принимать во внимание эти слухи, поскольку официально про убытие главы региона на отдых ничего не сообщалось. Само по себе это, конечно, ни о чём не говорит. Однако кировчане ехидничают: дескать, уехал на курорт подальше от топливного кризиса, а тут ракета…
Косвенным подтверждением отсутствия Соколова в вверенном ему регионе в момент атаки можно считать его распоряжение о введении режима ЧС. Судя по всему, документ был подписан задним числом: режим ввели в 6 часов 50 минут 24 июля, однако текст распоряжения был опубликован на сайте правительства лишь в 2 часа ночи 25 июля. Как раз когда губернатор успел добраться до рабочего места? Но если так, то как он мог контролировать ситуацию в столице региона утром предыдущего дня, как было заявлено в соцсетях?
Понятно, что каждый человек имеет право на отпуск. Но неужели в Кировской области из-за вероятного отъезда главы некому было даже подписать распоряжение о чрезвычайной ситуации? Хороша у них управленческая команда, ничего не скажешь. И всё приведённое выше произошло аккурат накануне выборов, на которых Александр Соколов возглавляет список кировских единороссов.
Был он на курорте во время кризиса или нет, но люди, по-видимому, охотно верят в то, что был. Своим для кировчан он так и не стал. Незадолго до прилёта вражеской ракеты они активно обсуждали в соцсетях декларацию о доходах и имуществе губернатора. По официальным данным, на фоне многих других чиновников подобного ранга Соколов выглядит едва ли не бессребреником. Как могут обстоять дела на самом деле – отдельная история. Однако примечательным выглядит следующий факт: за четыре года работы в Кирове он явно не рискнул пускать там корни. Согласно декларации, Соколову принадлежат две квартиры в Москве, некий объект недвижимости в его родной Костромской области. Вот и судачат люди, что нынешний начальник спит и видит, как бы поскорее выбраться из вятской глуши поближе к столице. Поговаривают даже, что для него подготовлено место руководителя одного из крупных федеральных музеев – отсюда, мол, и отсутствие горячего интереса к судьбе вверенного региона.
Утром 25 июля Александр Соколов сообщил, что накануне провёл совещание, на котором поручил членам правительства при взаимодействии с силовиками принять меры по повышению защищённости кировских предприятий и продумать дополнительные меры защиты граждан. Почему эти жизненно необходимые меры не были приняты раньше, понять невозможно, ведь Кировская область уже не раз становилась целью украинских ударов с воздуха.
Конкретно
Если верить данным из открытых источников, причиной гибели шестерых рабочих в Кирове стала украинская ракета FP-5 («Фламинго»). Вражеская пресса пишет о ней, как о некоем «чудо-оружии». При этом известно, что наши силы ПВО такие ракеты успешно сбивают, в том числе благодаря самолётам дальнего радиолокационного обнаружения и управления (ДРЛОиУ) и системе С-400. По данным западного журнала Military Watch Magazine (MWM), в начале июня были сбиты пять FP-5, выпущенных по регионам Поволжья. В июле сообщалось о перехвате не менее девяти «Фламинго» над Ростовской областью. В конце прошлого месяца Минобороны России отчиталось об уничтожении трёх таких ракет, которые, судя по всему, участвовали в комбинированном ударе с 511 БПЛА и 16 управляемыми авиационными бомбами. Каким образом при таком раскладе FP-5 могла благополучно долететь до Кирова, расположенного в 1200 километрах от украинской границы, – ещё один вопрос, которым, вероятно, стоит заняться военным следователям.
Не пять, а шесть погибших
По счастью, предыдущие атаки регион прошёл без жертв. По крайней мере таковы были официальные заявления. Вместе с тем удары по Вятской земле наносились не раз и не два. В августе 2024 года три беспилотника упали на территории комбината в городе Котельниче. В марте этого года было два налёта БПЛА на Кирово-Чепецк, где находится несколько крупных химических предприятий. В мае вражеские беспилотники подожгли промышленный объект в Уржумском районе. Словом, нельзя сказать, что губернатор Александр Соколов руководит регионом, расположенным в глубоком тылу, где были бы излишними меры предосторожности по аналогии с западными и южными областями страны.
При всём при этом нельзя сказать, что администрация Соколова совсем игнорировала угрозу ударов с воздуха. Правда, насколько можно судить, бдительность у них была весьма своеобразная. На четвёртый день после взрыва ракеты на кировском заводе неожиданное заявление сделал вице-губернатор Андрей Лучинин. На очередном совещании он сказал, что все, кому положено, знали о приближении опасности. «Информирование заинтересованных органов власти и предприятий осуществляется в соответствии с утверждённой схемой. 24 июля информирование об угрозе воздушного нападения было осуществлено в полном объёме и в установленные сроки», – отчеканил единоросс. Могут ли эти слова означать, что сам Лучинин, его коллеги по правительству региона, а также руководство пострадавшего предприятия – все они могли заблаговременно спуститься в укрытия и только рядовые кировчане оставались в глубоком неведении по поводу приближающейся ракеты?
Могли ли чиновники точно знать место, куда упадёт смерть? Если знали, то это может быть циничным объяснением отсутствия сигнала тревоги в городе в целом. Однако почему в таком случае руководство пострадавшего завода не начало эвакуацию персонала?
О том, что недавний ракетный удар по Кирову вряд ли можно назвать абсолютно внезапным, может говорить и следующий факт. 24 июля в 6 часов 46 минут Росавиация ввела временные ограничения на полёты в кировском аэропорту Победилово. Запрет на взлёт и посадку действовал примерно полтора часа. Такие же меры вводили и в ряде соседних регионов, в том числе в Татарстане, Удмуртии и Пермском крае. Аэропорт закрыли, ракету ждали, но сирены решили не включать – так получается?
Правительство Соколова как будто делает всё, чтобы кировчане поскорее забыли недавний шок от мощного взрыва. Доходит до грустных курьёзов. На следующий день после трагедии губернатор заявил следующее: «Слава богу, погибших на месте не шесть, а пять человек». Один из работников предприятия, числившийся пропавшим без вести, был найден живым под завалами цеха. К тому моменту федеральный минздрав сообщил, что один из раненых в Кирове находится в крайне тяжёлом состоянии, ещё двое – в тяжёлом. И потому губернатору явно стоило молча молиться за них, а не играть риторикой в пользу уменьшения масштабов потерь. Как цинично сегодня звучат эти слова про «не шесть, а пять».
29 июля, на пятый день после ракетного удара, стало известно о смерти одного из раненых, находившихся в реанимации. 18-летний Сергей Гусев, студент колледжа, устроился на завод подработать на лето. 24-го числа он получил тяжёлые травмы и обширные ожоги. В больнице парень дважды пережил остановку сердца, и, несмотря на все усилия врачей, спасти его не удалось. И здесь мы снова позволим себе предположить, что, если бы руководство не названного губернатором, но известного всем завода вывело Гусева и его коллег в бомбоубежище, все они остались бы живы. Укрытия на этом предприятии есть, их не может не быть: атакованный украинцами завод построен во время Великой Отечественной войны.
«Убежища есть, потребностей в них нет»
Повторим: нельзя сказать, что в Кирове и вовсе не готовились к воздушным ударам. Кое-что в этом плане, конечно, делалось. Например, в 2024 году на «совершенствование звуковой информационной системы» было потрачено 227 млн рублей. В апреле следующего года об успешном освоении средств по этой программе областным депутатам докладывал начальник управления по защите населения Игорь Прокошев. Он сообщил, что 35 из 45 оповещательных систем «подключены к централизованному управлению» и «устойчиво функционируют». Стопроцентную готовность этого оборудования он обещал обеспечить к концу 2025 года, но 24 июля 2026 года сирены молчали.
Своеобразно угрозу украинских ракет и БПЛА воспринимали и на уровне муниципалитета. Буквально за несколько дней до июльского удара этот вопрос, точнее освоение бюджетных денег по статье «Гражданская защита», обсуждался на заседании кировской городской думы. Один из депутатов спросил главу администрации Вячеслава Симакова о том, на что были израсходованы заложенные в данную статью 2,6 млн рублей. Симаков поначалу подумал, что дело связано с пожарными водоёмами. Но потом, когда его поправили, вспомнил: из федеральной собственности городу были переданы несколько бомбоубежищ, на них-то и потратили деньги. Назвать адреса укрытий чиновник отказался.
К слову, дальнейший диалог Симакова с депутатом выглядел примерно так:
– Это для людей или что-то секретное?
– Для людей, да.
– Но никто не знает, где эти убежища располагаются.
– В них сейчас никакой потребности нет.
Нет потребности, и всё тут! В половине регионов страны есть потребность в убежищах, в приграничных областях специальные укрытия устанавливают прямо на улицах и площадях, в других – например в Саратове – вовсю формируют отряды БАРС для противодействия беспилотникам, а в Кировской области как будто были уверены, что до них ничего не долетит.
Отвечая на вопросы депутатов, глава администрации Кирова Вячеслав Симаков также заверил, что система оповещения в городе «работает в полном объёме». Ну а вскоре, как мы помним, наступило 24 июля, когда никто никаких сирен не услышал, не говоря уже о более современных способах информирования граждан об угрозах.
Теперь губернатор Соколов заявляет, что в регионе приняты дополнительные меры безопасности в людных местах. Какие именно – чиновник не уточняет. Погибших в июле рабочих он называет героями трудового фронта и обещает представить их к государственным наградам – как будто те, кто работает на том же заводе и кому посчастливилось выжить, такими героями не являются. Кроме того, семьям погибших посулили выплатить по 1,5 млн рублей, пострадавшим – по несколько десятков или сотен тысяч, в зависимости от тяжести ранений.
Что до кировчан, то они 30 июля получили первые СМС-оповещения об угрозе атак беспилотников и о ракетной опасности. Одновременно с этим муниципальные власти и МЧС распространяют памятки о действиях в случае объявления тревоги. Людям советуют как можно скорее укрыться в капитальных зданиях, лучше всего – в помещениях без окон. На дверях бомбоубежищ – там, где они есть, – по-прежнему висят замки: где ключи – никто не знает. Да и, справедливости ради, какой толк от этих ключей, если даже в старых «заводских» домах, стоящих через дорогу от правительства Кировской области, убежища загажены крысами и зачастую не имеют ни освещения, ни работающей вентиляции.
Губернатор Кировской области Александр Соколов, глава администрации Кирова Вячеслав Симаков и директор того самого пострадавшего завода, судя по всему, продолжают работать как ни в чём не бывало. На еженедельном совещании 3 августа Соколов гневно возмущался бурьянами возле ряда жилых домов на Октябрьском проспекте. «Может, ждёт в гости кого-то важного? Может, увидит всё-таки Москва тот бардак, в котором мы здесь живём?» – шутят пользователи соцсетей.
Кстати
В официальных источниках не сообщалось о том, какое именно предприятие в Кирове поразила украинская ракета. Однако для местного жителя, да и для любого интересующегося, это секрет Полишинеля. Тем более что правительство Кировской области, по сути, само раскрыло название завода. В том самом распоряжении губернатора Соколова о введении ЧС перечислены конкретные улицы и номера домов, попавшие в зону действия чрезвычайного режима.
«Поражено машиностроительное предприятие «Авитек». Оно производит комплектующие для авиационной техники», – прокомментировал радиостанции BFM редактор журнала «Новый оборонный заказ» Дмитрий Корнев. Согласно ЕГРЮЛ, заводом более 10 лет руководит Александр Иванов. Предприятие на 100% принадлежит государству и входит в концерн «Алмаз-Антей», которым с 2014 года руководит Ян Новиков. Сообщалось, что кресло председателя совета директоров «Алмаз-Антея» с ноября 2016 года занимает бывший премьер-министр России и бывший директор СВР Михаил Фрадков.
Просмотров: 40