Сразу несколько исследовательских институтов опубликовали статистику, свидетельствующую о плачевном положении дел в стране. Предприятия закрываются, а которые ещё держатся на плаву, несут убытки, выпуск товаров падает, отчисления в казну уменьшаются. Минфин уже предлагает откатить некоторые ранее введённые изменения назад, но не слишком ли поздно?
Российский бизнес откровенно приуныл. Как показало совместное исследование ФОМ и НИУ ВШЭ «Лонгитюд малого бизнеса», в первом квартале 52% предпринимателей выказывали уверенность в том, что положение их компаний ухудшится, и только 12% полагали, что ситуация станет лучше. Это стало самым прискорбным результатом за всю историю наблюдений, ведущихся указанными экспертными организациями. Российский бизнес в значительной части сейчас занят выживанием, не имея ни достаточного уровня доходов для развития, ни средств для поддержания операционной деятельности.
Кое-кто уже не выдерживает и сходит с дистанции. За прошлый год, как подсчитала FinExpertiza, в России закрылось ИП и ООО больше, чем открылось, – было зарегистрировано только 173 тыс. новых юрлиц, и это стало минимальным уровнем за последние 14 лет. А вот число ликвидированных фирм выросло примерно до 233 тыс., на 15% превысив уровень 2024-го.
Вероятно, это не предел. За 2025-й совокупные убытки российских компаний достигли 9 трлн рублей, то есть они от года к году увеличились на 7,5%. По подсчётам Росстата, в минусе оказалось более четверти предприятий. Особенно прискорбна финансовая ситуация на предприятиях, выпускающих автотранспортные средства, занимающихся грузовыми перевозками, производством кокса, добычей нефти и газа, выпуском бумажных изделий. Список неокончательный. А где плохо с деньгами, там часто плохо и с поддержанием производства на должном уровне (выпуск по базовым видам экономической деятельности в январе буквально рухнул – Росстат не даст соврать), и с инвестиционными планами, и с гарантиями рабочих мест, и с наполнением бюджетов.
Конечно, участники экономики пытаются как-то спастись. Самый очевидный способ, вероятно, это уход в тень. И Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН как раз фиксирует у части малого бизнеса попытки спрятать свою деятельность от государства, наладив неофициальные схемы расчёта с контрагентами.
А что случилось?
Сумма факторов
Как считают многие эксперты, главная причина происходящего коллапса – резкий рост фискальной нагрузки с 1 января текущего года. Власти подняли НДС с 20 до 22%, снизили необлагаемый порог выручки для УСН (упрощённая система налогообложения. – Ред.) до 20 млн рублей, отменили льготные страховые взносы и приняли ещё серию решений, вроде как призванных увеличить доходы казны. И, похоже, просчитались. Но где?
По оценкам «Опоры России», налоговая нагрузка для многих микропредприятий выросла в 2–3 раза – теперь они отдают государству не 3% как раньше, а до 8–9% выручки. Бремя это выглядит непосильным: согласно опросу объединения, 70% субъектов МСП (малое и среднее предпринимательство. – Ред.) не исключают своего банкротства в ближайшей перспективе. За 2026-й страна может потерять до 300 тыс. микропредприятий – таков пессимистичный прогноз экспертов.
Однако не только высокие налоги убивают реальный сектор. Другой неблагоприятный фактор – стоимость денег, определяющаяся ключевой ставкой ЦБ. Вряд ли будет преувеличением сказать, что займы уже не рассматриваются значительной частью компаний как инструмент развития или как приемлемый вариант, допустим, на время перехватить средства для выплаты зарплат.
Денег вообще становится меньше, что в экономике, что у населения, которое спросом на товары и услуги хоть как-то могло бы поддержать те же МСП. Наблюдатели зафиксировали: в 2025 году гражданам было скорее свойственно сберегать финансы, сокращая расходы. Думается, та же тенденция продолжится и в 2026-м с понятными последствиями для бизнеса.
Совокупность перечисленных факторов (а здесь ведь можно ещё назвать ужесточение госадминистрирования, в том числе через повышение штрафов, да и не только это) и стала тем коллективным «чёрным лебедем», который в настоящий момент доканывает реальный сектор. Есть ли выход?
Широко шагнули
Минфин, видимо, почуяв неладное, недавно выступил с рядом идей, как можно оставить на плаву «Титаник» российской экономики или хотя бы попытаться это сделать. Ведомство внесло на рассмотрение правительства поправки в Налоговый кодекс, чтобы «смягчить» для МСП переход к уже внедрённым фискальным изменениям. Видимо, в таких случаях и принято риторически спрашивать: а где вы были раньше?
Минфин, в частности, предлагает освободить от НДС общепит, погибающий буквально на глазах, – сообщения о закрытиях кафе и ресторанов валом валят из множества регионов. Также министерство считает, что можно предусмотреть для бизнеса на УСН, ставшего с этого года плательщиком НДС, «право уменьшить на сумму уплаченного НДС доходы по УСН, полученные в виде предварительной оплаты в период, когда он ещё не был плательщиком НДС». Получается, Минфин признаёт, что фискальная реформа то ли была непродуманной, то ли последствия её оказались неожиданными для властей, раз её нужно возвращать к заводским настройкам? Поговорка «Широко шагаешь – штаны порвёшь» как никогда точно описывает данную коллизию.
Но что-то подсказывает, что предложения Минфина востребованы не будут. В прошлом году федеральный бюджет был исполнен с дефицитом 5,645 трлн рублей, или 2,6% ВВП. За два месяца 2026-го показатель уже превысил 3,4 трлн рублей. И эту недостачу как-то нужно восполнять. Каким образом? Самый очевидный способ – поискать средства в карманах предпринимателей и граждан, не считаясь с сопутствующим ущербом. А раз так, ждать ослабления фискального гнёта не следует. Будет ровно наоборот.
Александр Калинин, президент «Опоры России»
Александр Калинин, президент «Опоры России»
– Мы видим, что сейчас среди вызовов, с которыми сталкиваются МСП, – рост фискальной нагрузки, слишком высокая ключевая ставка, а также рост неплатежей контрагентов при одновременном падении спроса. Адаптируясь к налоговым изменениям, многие малые предприниматели находятся в поиске баланса, чтобы их предприятия не обанкротились и продолжили работу. Однако если ситуация не начнёт меняться, последствия будут чувствоваться не только в секторе МСП, но и в экономике в целом – через сокращение количества, бюджетной отдачи, занятости и деловой активности.
Кирилл Родионов, экономист
Кирилл Родионов, экономист
– Высокие процентные ставки – не единственный фактор, который ведёт к торможению реального сектора. Во-первых, сказываются последствия санкций и, в частности, запретов на импорт российского сырья и продукции в ЕС. Во-вторых, это рост налоговой нагрузки: сюда относится повышение базовых ставок налога на прибыль (с 20 до 25%) и НДС (с 20 до 22%); снижение порога по НДС для пользователей упрощённой системы налогообложения (с 60 млн рублей до 20 млн в год); резкое повышение ставок экологического сбора, чувствительное для обрабатывающей промышленности, и увеличение утильсбора, взимание которого занижает платёжеспособный спрос. В-третьих, это последствия ухода с российского рынка ряда зарубежных компаний. Несмотря на то что в большинстве случаев оставшиеся в РФ активы перешли под управление российских юрлиц, уход западных инвесторов уменьшил потенциал создания новых предприятий и усилил зависимость реального сектора от государственного спроса. В-четвёртых, это исчерпание бюджетного импульса, о котором свидетельствует динамика промпроизводства. В-пятых, это искусственное торможение интернет-экономики, особенно болезненное для малого бизнеса, который в крупных городах является генератором сотен тысяч проектов и рабочих мест.