Не так давно сжиженный природный газ (СПГ) был одним из основных направлений российской энергетики. Программа развития СПГ-отрасли предполагала наращивание производства до 140 млн тонн к 2035 году – об этом осенью 2021-го говорил Владимир Путин. В мае 2022-го вице-президент Александр Новак заявил, что «задача по СПГ пока не корректируется». Ещё через полтора года замминистра энергетики Павел Сорокин подчеркнул, что к означенному главой государства сроку доля России на мировом рынке сжиженного газа вырастет с 7–8 до 20%. Но насколько реализуемы эти планы?
С одной стороны, в ближайшие годы на рынке СПГ ожидается профицит благодаря новым мощностям, которые намерены запустить США, Катар, Австралия, Канада и так далее. Согласно прогнозам Международного энергетического агентства, до 2030 года их будет введено в строй примерно на 300 млрд кубометров. «Это около 50% дополнительных мощностей по производству СПГ от существующих сегодня», – отмечает руководитель Центра анализа стратегий и технологий развития ТЭК Вячеслав Мищенко.
Основными же игроками, по словам эксперта, станут США и Катар, на них придётся около 75% новых мощностей. Впрочем, при условии, что запланированные проекты не будут отложены, как это неоднократно случалось в таком сложном бизнесе, как производство сжиженного газа.
Ключевым же драйвером роста спроса останется Азиатско-Тихоокеанский регион, в первую очередь Китай (в КНР только за 2025 год потребление СПГ выросло на 10%) и догоняющая его Индия. В Европе также будет рост потребления сжиженного газа, учитывая поэтапный отказ от трубопроводных поставок из России (они как раз замещаются СПГ из Штатов). Прогнозируется, что в 2026 году Европа нарастит импорт СПГ на 30%. Но динамика роста спроса будет отставать от предложения.
«Прогнозируется, что цена СПГ в 2026 году снизится с 450 долларов, сформировавшихся в текущий необычно холодный зимний период, до 250 долларов за 1 тыс. кубометров, – рассказывает Мищенко. – Однако санкционное давление на таких поставщиков газа, как Россия и Иран, удаление их объёмов с мирового рынка может обострить конкуренцию за поставки других производителей и подтолкнуть цены вверх».
Конкуренты – не главный риск
Ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, эксперт Финансового университета при правительстве России Игорь Юшков говорит, что, хотя профицит мирового рынка СПГ действительно прогнозируется, следует помнить – его обещали ещё с 2024-го. Уже тогда должна была пойти волна новых проектов (и в США, и в Австралии, и в Катаре). Но как раз на ожиданиях одновременного ввода новых мощностей произошёл перенос запуска ряда производств. Так, Катар уже не первый раз откладывает на год запуск новых СПГ-предприятий.
«Так что пока ввод заводов в строй и ожидаемый профицит несколько растягивается во времени, особенно это касается США, где больше всего проектов, принадлежащих разным собственникам, что придаёт отрасли в целом дополнительную гибкость», – говорит Юшков.
Для России, по словам эксперта, в её нынешнем положении принципиальной разницы в том, сколько будет введено новых мощностей, нет. Это связано с тем, что все новые российские СПГ-проекты находятся под санкциями. Единственный работающий – «Арктик СПГ 2», и то его деятельность зависит от наличия газовозов и возможности Китая принимать партии сырья. Все остальные заявленные проекты фактически заморожены, так как рестрикции не позволяют импортировать оборудование, а также строить и фрахтовать газовозы ледового класса.
«Таким образом, санкции влияют на российские СПГ-проекты куда сильнее, чем факторы конкуренции, – подчёркивает Юшков. – Если бы не было ограничений, российские проекты вышли бы на мировой рынок одними из первых».
Опять разворот на Восток
(фото: Сергей Гунеев/РИА Новости)
Санкции Соединённых Штатов в отношении российских СПГ-проектов, а также поэтапный отказ Европы от нашего газа вывели США в лидеры СПГ-рынка. И в первую очередь – европейского.
По итогам прошлого года Штаты установили рекорд по экспорту сжиженного газа (156 млрд кубометров), причём большая часть объёмов (107 млрд кубометров) была поставлена в Европу. Экспорт в страны ЕС год к году вырос более чем на 60%. Тогда как поставки в Азию Америка в 2025 году сократила почти на 40%, до 27,3 млрд кубометров.
Зато восточное направление активно развивает Россия, как это уже было с нефтью. 20 февраля Владимир Путин подписал закон о ратификации российско-китайского межправительственного протокола о сотрудничестве по проекту «Ямал СПГ», подписанного ещё в 2024-м. Документ определяет применение отдельных пунктов данного договора с Китаем и, как пояснял ранее полномочный представитель правительства в Госдуме Александр Синенко, закрепляет дополнительные условия для сотрудничества нашей страны и КНР в области производства СПГ.
О чём конкретно идёт речь, не сообщалось, однако Игорь Юшков полагает, что Россия могла предложить Китаю не только принимать российский подсанкционный СПГ, но и игнорировать ограничения, поставляя нам модули для строительства СПГ-заводов (что КНР ранее делала).
«Такой сценарий позволил бы России достроить третью очередь «Арктик СПГ 2», реализовать проект Обского СПГ и ряд других, – говорит эксперт. – Продукция с этих предприятий пойдёт опять же в Китай, получающий таким образом дешёвое топливо. И вполне вероятно, что Китай может получить в этих проектах если не контрольный пакет, то до 50%. Пока российское законодательство таких вариантов не предусматривает, и именно такие изменения может предполагать закон о ратификации протокола, подписанный Путиным».
Игорь Юшков, ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, эксперт Финансового университета при правительстве России
Игорь Юшков, ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, эксперт Финансового университета при правительстве России
– Сейчас России следовало бы ориентироваться на следующий инвестиционный цикл: пока разрабатывать собственные технологии строительства заводов и газовозов (либо как-то договариваться о снятии санкций), а к концу 2020-х начинать строительство. И уже к году 2034–2035-му новые мощности могли бы быть введены в строй – к тому времени рынок уже переварит объёмы от ожидаемых заводов США, Катара и Австралии, жёсткой конкуренции уже не будет.
Однако добиться снятия санкций с российских проектов будет крайне сложно, несмотря на то что появляется какая-то информация о переговорах с США именно в СПГ-сфере. Но стратегический интерес американцев именно в том, чтобы убрать конкурента с мирового рынка газа вообще. Ситуация может кардинально измениться лишь в том случае, если в Штатах начнётся спад газодобычи. Теоретически это возможно – если будет снижена добыча нефти (об этом сейчас говорят), за счёт которой во многом субсидируется добыча газа из сланцев. А именно этот газ идёт на сжижение.
Если возникнет угроза для обеспечения газом собственного рынка США, тогда Вашингтон, вероятно, будет по-другому рассматривать мировой газовый рынок и может задуматься об отмене санкций против российского СПГ.
Вячеслав Мищенко, руководитель Центра анализа стратегий и технологий развития ТЭК
Вячеслав Мищенко, руководитель Центра анализа стратегий и технологий развития ТЭК
– Тот переговорный трек, который наметился в отношениях с США, говорит об их желании сотрудничать по экономическим проектам, в том числе в сфере энергетики. Уже упоминалось возможное партнёрство в области СПГ. Привлечение американского бизнеса в газовую сферу может дать серьёзный толчок развитию отношений. Одним из условий такого сотрудничества может быть как раз отмена – пусть и частичная – санкций в отношении российских СПГ-проектов. Тенденция уже наметилась, главное, чтобы она развивалась. И думаю, в этом году мы какую-то динамику в отношениях с США увидим, и это сделает сговорчивее всех остальных, в первую очередь тех, кто опасается американских санкций.
В любом случае надо развивать новые торговые инструменты, предлагать новые, более гибкие условия, входить в бизнес со стороны стран – потребителей нашего СПГ. Это можно сделать за счёт установки регазификационных мощностей и прокладки газовых сетей на территории партнёров (здесь незаменимы компетенции «Газпрома»). Создание инфраструктуры позволит самим формировать спрос.