Фото: ИТАР-ТАСС
Робертино Лоретти: Мама хотела от меня избавиться
Лариса Алексеенко
Его имя отзывается в наших душах неаполитанскими O Sole Mio, Santa Lucia, Torna a Surriento. И ничего удивительного в том нет. Несмотря на «железный занавес», на песнях чудо-ребёнка росли не только европейские страны и Америка, но и Советский Союз. И хотя с тех пор прошло уже полвека, а годы добавили Робертино, простите, всё-таки Роберто, солидности, но он так и остался таким же сорванцом, а в его глазах навсегда прописались озорные искорки, которые появляются в тот же миг, как только Лоретти выходит к публике и звучит это фирменное итальянское приветствие – «Buongiorno! Повзрослевший мальчик так же востребован, невзирая на все «но»: законы шоу-бизнеса, экономические кризисы, смены властей и рушащиеся политические режимы. Он снова в России. Зима, наверное, не лучшее время для певца, выросшего под ярким итальянским солнцем. Или у маэстро другое мнение?
–Вы проехали с концертами всю Россию: от Хабаровского края до Петрозаводска. Наверное, трудно вам без привычки не то что петь – существовать в наших зимних температурах?
– Мне давно хотелось побывать в России, и я сейчас здесь, чтобы отметить полувековой юбилей своей сценической жизни. Мне очень нравится страна, мне нравится публика, и я многим обязан русской публике и чувствовал себя в некотором роде обязанным приехать сюда. А когда приезжать, как не в самое холодное время года? Нужно же полностью прочувствовать, как живёт здесь народ!
– Вы в нашей стране уже бывали. Какие-то впечатления у вас сохранились?
– Несмотря на то что моя жизнь была яркая, вашу страну помню благодаря мешкам с письмами, которые постоянно приходили ко мне из СССР. Очень я любил их читать.
– Почему же?
– Так в них девушки признавались мне в любви и звали жениться. Запомнил письмецо от девушки с Крайнего Севера. Она рассказывала, что у её отца аж 30 оленей и она единственная дочь в семье. «Так что нам, Роберто, с тобой будет очень хорошо, быстрее приезжай». И дополню, что каждое письмо было в отпечатках напомаженных губ – так я изучил достижения вашей отечественной косметики того периода! А если серьёзно, то более внимательных и заботливых зрителей, чем ваши, в моей жизни не было. Они искренне интересовались состоянием моего здоровья после моей автокатастрофы. Ко всеобщему счастью, всё обошлось.
– Вы написали книгу «Робертино Лоретти – возвращение навсегда». Что вы имели в виду под словом «возвращение»? Ваше возвращение в Россию, на сцену после возмужания или ещё что-то?
– Так я и скажу вам! Почитайте сами, тем более что Россия будет первой страной, в которой выйдет эта книга. Добавлю лишь, что есть идея по этой книге снять фильм, где меня в детстве будет играть русский мальчик.
– Ваша судьба феноменальна…
– А вы знаете, что меня могло бы и не быть?
– Неужели? Как же так?
– Моя семья была очень бедной и многодетной (в семье Лоретти было восемь детей. – Ред.). Когда моя мама узнала, что у неё будет пятый ребёнок, она, в ужасе от беспросветной жизни, решила от него избавиться. Оказавшись в клинике, она заняла очередь и задремала. Проснулась же она от ощущения, что кто-то её будит. Это был ребёнок, который протянул ей конфету. Он сказал: «Это мой подарок тебе». Затем добавил: «И ему», а напоследок произнёс очень строго: «Даже не думай». Мама снова закрыла глаза, а когда окончательно проснулась, рядом с ней не было никакого ребёнка. Она подумала, что он приснился ей, но в кармане обнаружилась конфета. Тогда она и решила, оставить этого ребёнка. Так я и появился на свет.
– Вы действительно были подарком в своей многодетной семье. Пятый ребёнок из восьми детей и единственный, кто был так щедро наделён природой.
– Лично для меня пение было прежде всего возможностью помочь моей семье. Петь я начал в шесть лет в кафе, и в короткое время владельцы кафе и ресторанчиков буквально бились за меня. Потом мне доводилось работать и на свадьбах, и всегда все заработанные деньги я отдавал маме, а себе покупал лишь маленькое мороженое.
– Говорят, что каждому выпадает свой великий шанс в жизни, но не каждый может им воспользоваться. То, что вы сумели, можно и не говорить. А как это произошло?
– Во время проведения летних Олимпийских игр в Риме я пел в кафе «Гранд-Италия» на площади Эфедра. В момент моего исполнения песни O Sole Mio в заведение вошёл датский телепродюсер Сайр Вольмер-Сёренсен. Он и пригласил меня к себе в Копенгаген. Там практически сразу, через неделю, я выступил в телешоу TV i Tivoli. Так и настал мой звёздный час. Пластинки с неаполитанскими песнями миллионными тиражами выходили в Скандинавских странах, потом «эпидемия» перекинулась на Европу: Германию, Францию, Бельгию и Голландию, а потом докатилась и до Нового Света.
– А я слышала удивительную историю про папу Иоанна ХХIII, который был впечатлён вашим голосом. Напомните, пожалуйста, это нашим читателям.
– Когда я был солистом хора Римского оперного театра, меня попросили пойти в Ватикан и спеть для папы Иоанна ХХIII, это была опера «Убийство в кафедральном соборе», не очень известная, но тем не менее хорошая. И у меня там был сольный номер, который длился несколько минут. И папа римский был просто очарован моим пением. По окончании выступления меня приветствовал весь Ватикан, а папа подозвал, позволил поцеловать руку, а затем похлопал по щеке и благословил меня. В то время я ещё не был знаменитым мальчиком. Но тем не менее это было всё-таки очень важной встречей. Я считаю, что он благословил меня на будущую карьеру. С этого момента всё и началось.
– Вот уже много лет у вас своя семья. А вы хотели бы, чтобы ваши дети продолжили ваше дело?
– Хотя у всех моих детей (а их трое) есть музыкальный слух, на меня больше всех похож мой младший – 19-летний Лоренцо. Он, кстати, в детстве пел мои песни. Но потом однажды он мне признался, что не хочет быть певцом. Он понял, что артистическая карьера – это тяжёлый труд и масса ограничений. Правда, он пообещал, когда я отправлюсь в своё последнее концертное турне, он обязательно выйдет со мной на сцену и споёт. Он ведь знает все мои песни.
– У вас одно время были свой ресторан и булочная. Зачем вам, состоявшемуся певцу, был нужен этот общепит?
– Э, не скажите. Во-первых, моя первая работа была в булочной. И много лет спустя я завёл себе булочную как хобби. Во-вторых, в Италии существует культ еды. И я, разделяя это отношение, окончил специальные курсы по приготовлению пищи. И каждого, кто хочет испытать мои кулинарные способности, я с радостью принимаю у себя в заведении.
– А с кем из известных россиян вы знакомы?
– Меня однажды лично приглашал на концерт Ельцин, меня и Дэвида Копперфильда. Хотя на Красной площади в концерте участвовали и Паваротти, и Том Джонс, и многие другие известные артисты. Ещё знаком с Черномырдиным и Лужковым, с Кобзоном и Пугачёвой. Но самым большим моим другом был Муслим Магомаев.
- Важно
- Реклама
